Список форумов ВОЛЧЬЕ ПОРУБЕЖЬЕ.


ВОЛЧЬЕ ПОРУБЕЖЬЕ.

"Нам ли греть потехой муть кабаков? Нам ли тешить сытую спесь? Наше дело - Правда острых углов. Мы, вообще такие, как есть!"
 
 FAQFAQ   ПоискПоиск   ПользователиПользователи   ГруппыГруппы   РегистрацияРегистрация 
 ПрофильПрофиль   Войти и проверить личные сообщенияВойти и проверить личные сообщения   ВходВход 

От Кошкина с ВИФ, разумеется. Классику знать надо.

 
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов ВОЛЧЬЕ ПОРУБЕЖЬЕ. -> Скоморошья побасенка
Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
Скрытень Волк
Вечный на рубеже.


Репутация: +48    

Зарегистрирован: 14.05.2008
Сообщения: 5424
Откуда: СПб, Род Одинокого Волка

СообщениеДобавлено: Вс Май 18, 2008 12:08 pm    Заголовок сообщения: От Кошкина с ВИФ, разумеется. Классику знать надо. Ответить с цитатой  

От Кошкина с ВИФ, разумеется. Классику знать надо.

В свое время мы поспорили с одним уважаемым участником Форума по поводу того, как нужно делать прдукцию, в частности, для молодежи, чтобы привлечь ее к отечественной истории. Я полагал, что нужноиспользовать достижения отечественных школ, мой оппонент полагал, что раз уж времена изменились, нужно делать вполне западный экшн, чтобы хоть так молодежь узнавала свое прошлое.

Я решил подумать, а что если сделать фильм по древнерусской истории в этом стиле. Общеизвестно, что в последние лет двадцать преобладающим стилем западных исторических и псевдоисторических фильмов является "Blood and Sperm" с уклоном в ту, или другую жидкость. От "Плоти и Крови" и до "Гладиатора" режиссеры придерживаются этой традиции, где-то в большей, где-то в меньшей степени. Поскольку и у нас была отдана дань этой традиции, вспомним "Русь изна...", (а вот и не угадали), "...чальная", то задача была довольно простой, ибо если не режиссеры, то писатели руссиянские заосвещали в последнее время тему вконец.

Действующие лица (не все):

Святомуд - князь одного русского княжества, атлетически сложенный блондин с низким лбом, могучей челюстью и короткой вьющейся бородкой. Насильник и убийца, положительный персонаж.

Яроблуд - князь другого русского княжества, брат Святомуда атлетически сложенный блондин с низким лбом, могучей челюстью и короткой вьющейся бородкой. Насильник и убийца, отрицательный персонаж.

Владибуй - князь (просто князь, убивают быстро), брат Святомуда и Яроблуда атлетически сложенный блондин с низким лбом, могучей челюстью и короткой вьющейся бородкой. Насильник и убийца, персонаж.

Бивнебор - князь третьего русского княжества, атлетически сложенный седеющий блондин с низким лбом, могучей челюстью и короткой вьющейся бородкой. Насильник и убийца, не отрицательный и не положительный персонаж (убивают быстро).

Свиндель - вождь варяжской дружины, атлетически сложенный блондин с низким лбом, могучей челюстью и короткой вьющейся бородкой. Насильник и убийца, персонаж (просто персонаж).

Поруган - печенежский хан, толстый низкий смуглый брюнет, отрицательный персонаж.

Нагибай - печенежский богатырь, очень толстый смуглый брюнет, отрицательный персонаж

Пердята Бздятович - посадник одного северного русского города, толстый седеющий блондин с низким лбом, могучей челюстью и длинной вьющейся бородой. Ненасильник и неубийца (очень хитрый и имеет много денег, поэтому все остается в рамках Русских Понятий - древнейшего русского судебного кодекса).

Суйко и Буйко - отроки Святомуда, атлетически сложенные блондины с низким лбом, могучей челюстью и без бороды. Насильники и убийцы, положительные персонажи.

Бивняша - дочь Бивнебора, губастая голубоглазая блондинка 110-60-95.


Начало фильма. Степь возле большого южного русского города, в небе пламенеет закат, в степи пламенеют костры. Это хоронят великого русского князя Дурослава - завоевателя и покорителя. Князя кладут в ладью, под душераздирающие вопли забивают несколько его жен и наложниц (блондинок, 110-60-95), коней, собак, хомячка и кота. Кот с воем вырывается и убегает в степь, что все считают плохим знаком. Ладью засыпают курганом и русские устраивают игрища - прыгают через огонь, кувыркаются через себя и бросают через бедро. Три княжеских сына смотрят друг на друга недобрым взглядом, пряча злые намерения за улыбками. Со спины к ним подкрадываются взаимоподосланные убийцы, но попадают под игрища и кувырком падают через бедро в огонь. Князья разъезжаются по городам, которые отдал им отец.

Северный русский город, удел Святомуда. Княжеский двор. По грязному двору пасут гусей, доят коров, молотят хлеб и катят бочки. Полуголые атлетически сложенные белокурые воины смешно упражняются мечами, топорами, пилами и нунчаками (постановка - клуб исторического фехтования "С нами дядька Черномор"). суйко и Буйко упражняются в древнерусском рукопашном бое, с криком "х..я!" нанося друг другу удары ногой в верхний уровень в прыжке (постановка - клуб славяно-русской борьбы "Боевой трипак"). Святомуд с улыбкой смотрит на все это из окна - он горд за то, что его княжество так хорошо устроено. Отойдя от окна он подходит к постели, на которой лежит древнерусская рабыня и осуществляет с ней древнерусский акт в основной древнерусской позе (10 минут, крупные планы, постановка и консультация - русский писатель-фэнтезиаст, специалист в области древнерусских актов Н.) Закончив акт, князь завязывает штаны и идет советоваться с дружиной в горницу. В горнице на стенах висят кольчуги, щиты, шкуры, портьеры, головы убитых животных и окна (интерьер - студия интерьеров "Эстет"). В горнице ждут князя Пердята, Свиндель и соратник князя Стебало. Князь входит в горницу, продолжая завязывать штаны. Соратники понимающе переглядываются (постановка - студия мимики и жеста "Орангутан"). На повестке дня стоят два вопроса: убийство Яроблудом Владибуя путем напускания на охоте дрессированного боевого бобра и отказ Бивнебора выдать дочь за Святомуда, выраженный в оскорбительной форме. Сам отказ лежит на столе, при взгладе на него соратники краснеют и начинают хихикать. Князь советуется с мужами, что ему делать в первую очередь - реагировать на форму отказа или принимать меры по поводу братоубийства. С одной стороны, если кто-нибудь узнает о форме отказа, то над Святомудом будут смеяться. С другой стороны, нельзя прощать преступдение Яроблуда, тем более страшное, что Святомуд сам тренировал на Владибуя бойцового зайца и теперь непонятно, что с этим зайцем делать. Пердята убеждает князя напасть на Бивнебора, потому что у Бивнебора контрольный пакет акций по добыче пушнины, каковой пакет легко перевести в собственность князя, аннулировав текущего владельца. Стебало убеждает князя напасть на Яроблуда, потому что так можно объединить русские земли в единое могучее государство, опят же, нужно что-то сделать с зайцем, которого натаскали на свою голову. Свиндель не знает по-русски, поэтому ограничивается только понимающим "Хенде хох!" Поскольку князю начинают надоедать древнерусские рабыни, он решает сперва уладить вопрос с Бивнебором.

Древнерусское войско под стенами города Бивнебора. Древнерусские воины в полном доспехе (консультант - И. Дзысь) ползут к стенам, таща на себе лестницы и тихо матерят всех реконструкторов на свете. Со стен в них летят камни, бревна и оскорбительные намеки на форму ответа Бивнебора Святомуду. Доведенны до белого каления Святомуд с двумя топорами в руках бросается на стену. Вонзая попеременно топор за топором он поднимается на стену, не обращая внимания на сыплющиеся довольно увесистые намеки. Напрасно дружинники кричат ему, показывая на приставленные к стене более удобные лестницы. Князь взбирается на стену и яростно бросается в сечу. Пожав плечами, Свиндель и варяги, а также славянская дружина Стебало входят в город через свежепроломанные ворота. В городе творится картина средневекового насилия. Головы отрубаются (2 минуты), животы вспарываются (4 минуты), делаются кровавые орлы (6 минут), над женщинами творятся древнерусские и древнескандинавские ругания (10 минут, много криков и треска разрываемой материи). Много крупных планов и грязи. Перед дворцом Бивнебора Святомуд вступает с хозяином в единоборство. Бивнебор пытается забодать Святомуда рогатым шлемом, но тот обрубает противнику оба рога и Бивнебор терпит поражение (6 минут). Князь грубо хватает Бивняшу (3 минуты), срывает с нее одежду (5 минут) и совершает с ней древнерусское ругание в кровавой грязи под одобрение дружины и соратников (10 минут, постановщик - специалист по древнерусским руганиям, русский писатель-фэнтезиаст Н.) По окончании ругания Пердята поздравляет Святомуда с законным браком.

Древнерусское войско в походе на Яроблуда. Древнерусские воины в полном доспехе месят пыль на дороге и тихо матерят всех реконструкторов, а также скупого продюсера, который не смог достать десятков пять-шесть лошадей. На цепях ведут боевого зайца.

Город Яроблуда. Опасаясь возросшей после законного брака мощи брата, Яроблуд предлагает заключить мир и устраивает пир. В разгар пира Святомуд предательски натравливает на брата зайца. Следуют трогательные сцены детства братьев: они отрывают крылья мухам, жарят заживо кошек и гоняются за дворовыми девками. По лицу князя текут крупные слезы - он совершил предательство не ради личной выгоды, но для того, чтобы создать единое могучее древнерусское государство... Озвревший заяц пирует над окровавленным трупом Яроблуда.

В объединенном государстве Святомуд утверждает закон и порядок. Суд на княжьем дворе. Любимый отрок князя Суйко обвиняется в том, что не заплатил гулящей девке, мотивируя это тем, что дружина денег не берет. Князь вершит суд по Русским Понятиям и со скорбью приговаривает Суйко к изгнанию. Суйко со смирением принимает княжье решение, оба плачут (5 минут).

Сцены счастливого быта русичей под мудрым правлением князя: селяне сеют рожь, пашут новь, ловят рыбь и пасут скоть; девушки в вышитых рубах плетут косы, ткут ткани, водят хороводы и парней вокруг пальца; дружина продолжает смешно махать мечами, топорами, пилами, нунчаками и копьями, одинокий Буйко с криком "х...я!" наносит удары ногой в верхний уровень княжьего терема.

Весна, русичи, вятичи и прочие поляне празднуют день древнерусского бога плодородия, плодовитости и мужской силы Свербило. На берегу реки на поляне обнаженные атлетические блондины с бородами различной длины и обнаженные девушки (105-60-95) с косами играют в веселые древнерусские игры. В центре поляны стоит идол Свербило в форме осокрбительного ответа Бивнебора. в лесу возле поляны обнаженные юноша и девушка совершают забавный обряд поклонения Свербило (7 минут, мягкая музыка, крупные планы). Девушка начинает громко кричать. Зритель сперва понимающе улыбается, но потом камера наезжает на лицо юноши и зритель понимает, что был неправ - из глаза торчит наконечник стрелы. Это пришли печенеги. Печенеги высыпают на берег, рубят блондинов (кровь брызжет на камеру, 7 минут) и хватают блондинок, с которыми немедленно совершают печенежский йок-тых-тых (20 минут). Над всем этим возвышаются хан Поруган и богатырь Нагибай.

Печенежская армия на походе. Смуглые толстые печенеги тащат на себе тяжелые кожаные доспехи, матеря по-печенежски постановщиков (постановка - московский ОМОН с привлечнением абсолютно добровольного (а не так, что хочешь идешь, а хочешь нет) контингента московских вещевых рынков). Они пускают красного петуха на поля, красного петуха на деревни, красного петуха на славянские святилища - по видимому, они очень любят эту птицу.

В дрерусском городе Святомуд с мужами решает идти навстречу захватчикам. Дружина начинает вскладать на себя доспехи (торжественная грозная музыка), потом, сообразив, просто их надевает. Собирается ополчение - крестьяне и горожане в белых рубахах куют мечи, достают топоры, точат ножи и прощаются с женами, подбрасывают в воздух детей, ловят их. Русское войско идет навстречу печенегам. Вслед со слезами смотрят жены и дети, камера наезжает на лица, некоторые успевают спрятать хитрые улыбки. Из окна терема вслед князю машет платком Бивняша, переменившая свое отношение к Святомуду под воздействием его могучей харизмы. На цепях ведут боевого зайца.

Дикое поле, заросшее дикой травой (при употреблении вместо табака вызывает дикий беспричинный смех). С одной стороны строятся печенеги, с другой - русичи. Русская армия вся в белом и металлическом. Печенежская - вся в черном. Русские оскорбительно кричат печнегам, называя их черными. Со стороны печенегов выезжает богатырь Нагибай и вызывает русских на бой. Русские молчат - все знают, что Нагибай владеет приемом, после применения которого враги сами бросаются на свои мечи, не вынеся позора. Со стороны русского войска выезжает богатырь с лицом, закрытым кольчугой. Происходит упорная рукопашная схватка (10 минут, много пыхтения, ударов фанерой по доске, выдавленных глаз и сломанных костей), наконец оба богатыря падают мертвыми. с лица русича сваливается маска - это изгнанный Суйко пришел вписаться за Родину и князя. С громким боевым кличем, употребляющим родителей печнегов в некорректной форме, русичи бросаются в атаку. Начинается битва. Все заполошно машут мечами, копьями и щитами, ржут кони и кинооператоры. камера наполняется мельтешением алюминиевых фиговин, падающими телами, летящими стрелами. Звучит неубедительное звяканье, дикие вопли и отчетливое клеветническое взаимопоминание родственников, режиссера, сценариста, продюсера и консультантов. русичи ломят стеной за князем, Свиндель машет топором, Пердята булавой, Стебало кистенем, а князь - мечом. Разрубаются печенежские головы (2 минуты, в камеру летят мозги), вспарываются печенежские кишки (3 минуты, в камеру летит их содержимое), зритель блюет (6 минут), сносятся печенежские головы (в камеру ничего нелетит, но затобрызгает фонтан крови). Летят во все стороны отрубленные печенежские ноги, руки, когти, клешни и щупальца. доблестный Буйко заслоняет князя от вражеских стрел (5 штук), копий (4 штуки), мечей (2 штуки) и выкидных ножей (7 штук), умирая у его ног. Предвидя поражение, Поруган приказывает выпустить Блудилище Соромное (немного здорового русского фэнтези не повредит, верно?) печенеги расступаются и Блудилище ползет на русских. Русские начинают пятиться, стараясь не повернуться к чудовищу спиной. Но на Блудилище серой ушастой молнией бросается боевой заяц князя. Следует свирепая схватка (5 минут, контраст пушистой шкуры и слизистой чешуи), убив тварь, смертельно раненый заяц кладет огромную голову на колени князю и смотри все понимающим глазом. Князь плачет, потом встает с выражением холодного праведного гнева на лице (суровая музыка). Русичи начинают последний отчаянный натиск, применяя специальные антипеченежские приемы (консультанты - московский ОМОН). Печенеги бросают оружие и встают без глупостей широко расставив ноги, руки на стену. У Поругая проверяют пайцзу, которая оказывается просроченной. Русичи празднуют победу.

Над страной встает, несмотря на день, солнце, колышутся хлеба, плывут по реке корабли. Князь с соратниками стоит на холме над городом и смотрит на Русь с облегченной улыбкой (последний дубль!) на лице.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Скрытень Волк
Вечный на рубеже.


Репутация: +48    

Зарегистрирован: 14.05.2008
Сообщения: 5424
Откуда: СПб, Род Одинокого Волка

СообщениеДобавлено: Вс Авг 31, 2008 10:42 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой  

http://forum63.ru/showthread.php?s=b63fa36ac9609a85ce07dc91ae3e4478&t=4302&page=2

Это еще кошкинское: о Руси, Винни-Пухе, спецкотах. Стихи Сыну Ярости понравятся.
_________________
Делай, что должен, и будь, что будет.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Сын Ярости
Гость

   




СообщениеДобавлено: Пн Сен 08, 2008 7:41 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой  

Скрытень Волк писал(а):
Стихи Сыну Ярости понравятся.

Угадал - понравились! Даже скопировал.

...а твоё творение, я ещё на Свароге читал. Сначала сам со смеху обоссывался, потом наутро брату рассказал - вместе ржали. LOL
Особо добил Пердята Бздятович...
Вернуться к началу
Скрытень Волк
Вечный на рубеже.


Репутация: +48    

Зарегистрирован: 14.05.2008
Сообщения: 5424
Откуда: СПб, Род Одинокого Волка

СообщениеДобавлено: Пн Сен 08, 2008 7:54 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой  

Дык енто все от Кошкина! Я только копировал! Wink
_________________
Делай, что должен, и будь, что будет.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Сын Ярости
Гость

   




СообщениеДобавлено: Пн Сен 08, 2008 8:13 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой  

А-а, понятно. Мне порой тоже приписывали то, чтоя только копировал. Было даже, что пытались убедить меня, что это - моё. Смеется
Вернуться к началу
Скрытень Волк
Вечный на рубеже.


Репутация: +48    

Зарегистрирован: 14.05.2008
Сообщения: 5424
Откуда: СПб, Род Одинокого Волка

СообщениеДобавлено: Вт Мар 31, 2009 4:48 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой  

Сценарий филшьма "Бригада Куликова поля"
Москва. Кабинет Дмитрия Донского. В кабинете на стенах вият: окно, шкура медведя, кольчуга, камуфло и карта России, половина карты закрашена коричневым, по коричневому идет надпись белым: "тотары, суканах!". За столом сидит Дмитрий, крепкий мужчина со слегка испитым лицом русского секс-символа. Он стрижен ёжиком, на лице короткая борода, плавно переходящая в щетину. Дмитрий работает с документами, время от времени прикладываясь к бутылке "Гжелки" (крупный план на этикетку). Дубовая дверь с латунными накладками распахивается с ноги, в кабинет входит боярин Боброк Волынский. Боярин одет в кольчугу на босу ногу поверх разгрузки. Лицо боярина напоминает нам, что узкая но высокая лысина в сочетании с крючковатым носом и совиными глазами до сих пор воспрнимаются массами как символ крутости, переходящей в немеряную крутость.

- Ой ты гой еси, князь Дмитрий, Московский, - говорит боярин и бесцеремонно отхлебывает из бутылки сам.
- А ты че думал, Казанский? За гоя щас ответишь. Че приперся? - отвечает князь простым и понятным народу языком.
- Да ладно, Митяй, че ты сразу быковать-то? Ну шутканул я. - говорит боярин для поддержания напряженной атмосферы будней главы государства и достает из кожаной папки свиток из бумаги "Валлет"
- Ты дошуткуешься, Волынский, на самого волына найдется. - принимает Дмитрий из рук соратника послание. За кадром раздается дружное ржание, призывающее зрителя поддержать немудрящую народную шутку. - От кого малява?

Волынский, оторвавшись от бутылки, тычет пальцем в коричневое на карте

- От Мамая.
- И че этому чурке надо?
- Говорит, чтобы откатили ему за двенадцать лет, казлина, - лицо боярина передергивает от ненависти к угнетателям.
- Че? Может еще отсосать у него? - лицо князя омрачает гримаса правденого гнева.
- Ты там дальше читай, там и про отсосать и про майку красную.

Дмитрий дочитывает послание и выкатывает глаза

- Да он че, вконец обурел, урод нерусский? Все, он меня достал! Собирай братву, пора с ним решать.

Над Москвой плывет колокольный звон, дружина Дмитрия и народное ополчение строятся на площади под патриотическую песню исполняемую дуэтом Газманова и Расторгуева. Дружинники одеты в новенькие кольчуги поверх камувляжных комбинезонов, многие вместо уставных шлемов повязали головы тряпочками цвета выцветшего хаки. Звучат немудрящие солдатские шутки, кто-то связывает изолентой рукояти топоров, двое дружинников весело пьют Гжелку из горла. На дружинников вешаются жены и любимые. Они рыдают, размазывая по лицу китайскую косметику. Дружинники успокаивают их, шутливо хлопая по задницам. Под звонкое хлопанье звучит песня в исполнении любимицы народа А. Б. Пугачевой. Дружина отправляется в поход, женщины машут им платками и полушалками, картонные кокошники намокают от слез.


Ставка Мамая. Большой полутемный ангар, безуспешно задрапированный под юрту. Пол и стены завешану ковролином и забросаны шкурами и подгнившими шубами из "Снежной КОролевы". Мамай сидит на подушках, вокруг него крутят задницами несколько девушек, которые пока не определились, становиться им актрисами или индивидуалками, тем более, что в последнее время разницы особо нет. Мамай одет в отороченный искуственным мехом халат с китайского рынка, из под которого видно натовское камуфло, на голове у него папаха, на лице - борода. Вокруг него сидят ханы и нойоны, одетые примерно также. Они время от времени восклицают "Вах Аллах!" и валят на ковролин очередную актрису. Звучит восточная музыка в исполнении любимца А. Б. Пугачевой Филиппа Киркорова (певец хотел показаться в кадре и сам, но режиссер отказал ему, мотивируя это тем, что все девушки блондинки, потому что русские, а он - нет). В разгар вакханалии в шатер вбегает молодой нукер в длинном ватнике с нашитыми алюминиевыми платсинами. Он падает на одно колена и невзирая на мелькающие вокруг него заднцы обращается к хану:

- О мой хан! Эта гяурская морда, сын шакала, гамарджоба бешбармак, отказался послать дань, а вместо этого послал тебя на х...!

В шатре воцаряется тишина, особенно увлешаяся индивидуалка еще некоторое время продолжает вертеть, потом испуганно останавливается.

- Че то я нэ понал, вах! - медленно тянет Мамай...

Конец первой серии...


Карл и викингиВ очередной раз зачистив саксов, Шарлемань вкушал краткий отдых в одном из северных портов своей державы. Помимо отдыха, он просто вкушал. Вместе с ним кушал деликатный Оливье и доблестный РОланд, норовивший подложить шурину порцию одноименного салата. Роланд считал это очень остроумным и каждый раз, бухнув канцлеру на тарелку новую порцию слипшейся массы весело ржал. Оливье досадливо улыбался - он очень любил свою сестру и не хотел сделать ее несчастной, хотя мысль о том, чего бы такого подсыпать Роланду в вино, не давала ему покоя. Хольгер Датчанин ходил по своим делам.

Роланд подцепил ложкой очередной ком салата (отчего Оливье внутренне содрогнулся, а внешне улыбнулся как пещерный медведь, гнавшийся за одним маленьким кроманьонцем и обнаруживший за поворотом целую толпу с острыми копьями), да так и застыл, глядя в окно:

- Ой, кораблики, - по-детски улыбнулся герой, вспомнивший, как в семилетнем возрасте столкнул Оливье в речку.

В гавань входили длинные низкие корабли с расписными щитами на бортах и резными драконьими головами на носу.

Оливье очень обрадовался тому, что друг детства отвлекся от салата, и решил продемонстрировать государю свою эрудицию:

- Арабские, - он с видом знатока покачал головой. - Или эти... еврейские.

Государь, сунувший в царственный рот особо крупный кусок собственноручно умерщвленного накануне кабана, изволил наконец взглянуть в окно. С минуту он смотрел на корабли, затем неимоверно катнув кадыком проглотил кусок и, вскочив, сдернул со стены меч:

- Какие, ннна..., арабские! - заорал он и прыгнул в окно, имея в виду попасть на спину боевому коню.

Сдавленное ржание снизу донесло до друзей, что государь прыгнул метко.

- Не странно ли, друг мой, что государь принял так близко к сердцу прибытие арабских купцов? - спросил Роланд.
- Ваше величество, венец, венец забыли, - кричал в окно канцлер.
- Ннна... венец!!! - донесся сквозь грохот копыт рев Карла.

В зал вошел, завязывая штаны, вернувшийся со своих дел Хольгер.

- А, Селедка! - обрадовался Роланд, - глянь, король поехал купцов встречать!

Хольгеру потребовался только один взгляд, чтобы узнать корабли, на которых он сам немало погулял в свое время.

- Какие купцы, это пираты!

Датчанин сдернул со стены секиру и следуя примеру короля выпрыгнул в окно. Глухой удар и яростные ругательства сообщили друзьям, что его конь оказался удачливее.

- Слушай, а кто такие пираты? - озадаченно спроисл шурина Роланд

Но канцлер уже не слушал друга. Схватив в левую руку щит, в правую меч, а в зубы - кольчугу Карла, он со свойственной ему здравостью мыслей побежал к лестнице.

- Надо же, как им всем интересно с купцами поторговаться... - пробормотал Роланд, глядя, как Оливье устремляется вслед за Хольгером.

Первый корабль уже подошел к причалу и с него на деревянные мостки запрыгали бородаиые люди в остроконечных шлемах. В руках люди держали мечи и топоры. "Торговцы оружием?" - терялся в догадках Роланд. но тут на причал как раз приехал король и начал махать мечом, изрыгая ругательства на старофранкском, латыни и немного на саксонском.

- А, так это драка! - обрадовался недалекий богатырь, и, схватив Дюрандаль, высунулся в окно.
- Эй, Ветерок, иди сюда! - после чего спустил в окно длинную веревку и аккуратно спустился в седло. роланд любил свою лошадку.

На пристани, тем временем, король с двумя соратниками отбивал натиск викингов.

- Ввафе вевифефтво, коффуфку, коффуфку нафеньфе! - кричал верный ОЛивье, не выпуская из зубов упомянутый предмет доспеха.

- Ннна... кольчужку, - царственно ревел Шарлемань, повергая очередного противника.

Хольгер дрался молча, стараясь не поворачиваться лицом к тем, кого не мог в данный момент убить - он в свое вреям покидал родину в спешке, оставив неулаженными некоторые деликатные дела, и не хотел, чтобы его узнали. Постепенно короля оттеснили к берегу, но тут подскакал с воздетым Дюрандалем Роланд, и викинги очень быстро кончились. Другие, корабли, не успев пристать, озадаченно остановились недалеко от берега. Наконец, на одном из них на нос вышел здоровенный дядька в рогатом шлеме и что-то прокричал.

- Что он сказал? - спросил король у Хольгера.
- Ваше Величество, - покраснел Хольгер, - это грубые, неотесанные люди, стоит ли повторять, что они болтают?
- Переводи! - нахмурился Карл.

Хольгер, пряча глаза, перевел. Оливье в негодовании покраснел, воздев к небу руки, а Роланд неестественно заржал.

- Надо же, что вы там на Севере умеете. - пробормотал король. - Ну а теперь переводи им.

Оливье хлопнулся в обморок, роланд восхищенно уставился на короля, а Хольгер, понимая, что теперь ему терять нечего, повернулся к кораблям и проорал по-датски то, что король сказал по-франкски, помогая себе руками, ногами, и прочими частями тела там, где не хватало слов. Корабли, не разворачиваясь, поплыли в открытое море.

- То-то, каззлы, - крикнул вслед Карл, но, опомнившись, принял царственный вид и сокрушенно покачал головой - Мнится мне, много горя примет мой народ от этого народа...

- Убей меня сарацины - Вы правы, государь! - ответил верный Роланд.

И сбылось по ловам их, но это уже совсем другая история.


Что было бы, если бы Мел Гибсон ставил "Александра Невского"


1237 год. Бескрайняя tundra и немного tayga. В tundra и tayga играют два грязных, как цыганская пятка мальчика, одетых в свалявшиеся шкуры. Это будущий князь Александр Ярославич и его друг - Гаврила Олексич. Рядом стоит izba - беспорядочное нагромождение бревен, снега и камней. Рядом с izba пасутся северные олени и непонятно откуда взявшийся жеребец тракенской породы. Жеребцу холодно.

Из izba выходит князь Ярослав. Он пьет Vodka и рубит топором сани без единого гвоздя. К нему подходят русские графы и пэры:
- Ярослав, - говорит один старый толстый пэр, одетый в самые вонючие шкуры с узором в виде дыр от моли. - немцы совсем задоставали. Они отменили свободу торговли и ввели новые пошлины на импорт подержаных коней из Европы. Пойдем с ними драться.
- Хорошо, - говорит князь Ярослав. - Сейчас.

Он достает из шкур полированный меч фабричной выделки и садится на оленя, беря в повод коня. Русские графы уезжают. Александр и Гаврила бегут в tayga и начинают кидать топоры в череп мамонта. Мимо проезжают немцы - они все в черном, на штаны нашиты полосы из железа, натирающие в паху. Для того, чтобы не сползали, штаны пришиты к такой же куртке. Из-за этого немцы почти не переодеваются и выглядят еще более грязными, чем русские.

Вечером Александру привозят труп его папы. Оказывается, подлые немцы обманули русских - прислали вместо себя татар. В суматохе боя татары незаметно отравили Ярослава. Труп Ярослава говорит сыну, чтобы он был умным и сильным мальчиком. после этого труп закапывают в снег. Маленькая дочь князя Брячислава (грязная, как пятка цыганки, но с чисто вымытыми волосами) дает Александру ромашку. Затем приезжает князь Ярослав Мудрый, двоюродный дядя дедушки князя Ярослава и увозит Александра в Италию.

В это время магистр Ливонского ордена пребывает в тяжелых раздумьях. Его сын, не ведется на местных эстонских девушек, а ведется на других рыцарей Ордена. Магистр даже не может назвать сына ублдком, потому что тот и так им является - рыцарям, вообще говоря, запрещено жениться. Официальная любовница сына скучает и занимается интригами. На востоке русские опять отказываются платить подоходный налог и участвовать в миротворческих операциях Ордена в Польше. Чтобы выродит русских, магистр приказывает ввести в русских землях право первой ночи - каждая русская невеста должна провести одну ночь с рыцарем. Но рыцари, растленные сыном магистра, не ведутся на русских невест. Магистр не догадывается ввести право первой ночи для русских женихов, заронив тем самым семя будущих поражений.

Из ИТалии верхом на арабском коне возвращается Александр - он попадает прямо на свадьбу. русские в праздничных свежесодранных шкурах и папахах пляшут вокруг костров. Растолстевший Гаврило Олексич приветствует Александра дружеским броском топора в лоб, но промахивается. Александр ловит топор и бросает его в Гаврилу. Тот выковыривает топор изо лба и весело смеется. Александр рад, что вернулся домой. В разгар свадьбы появляются немецкие рыцари и осуществляют право первой ночи со всеми, кто не успевает убежать. Александр и Брячиславна (она выросла, отрастила бюст и перекрасилась в шатенку) успевают убежать и ночью тайно венчаются. Утром Брячиславна идет на рынок и там ее пр попытке изнасилования убивают немецкие налоговые полицейские.

Александр поднмает мятеж и зверски убивает немцев - те не могут убежать из-за тяжелых потетостей в паху. Александр переодевается в немецкие одежды, предусмотрительно выбросив штаны и отбивает у немцев Псков. Магистр решает лично напасть на Александра. В это время в Росии против всех правил наступает весна. Александр с товарищами сидят на берегу озера и думают, как им победит немцев, которые сильны тяжелой кавалерией. Рядом с ними старый кузнец рассказывает русским неприличный анекдот про то, как стая зайцев поймали лису, засунули ее между двух берез и делали с ней разные вещи. Александра осеняет. Он делится своей мыслью с товарищами. Гаврило чешет нос и говорит, что не рубит поляну - развращенным рыцарям такое будет только в кайф. Александр говорит, что его поняли слишком буквально. На утро русские строятся на озере. Из леса выезжают немцы, чувствуется, что они очень злые - металлические штаны натерли им все места и сидеть в седле - сущее мучение. Русские начинают дразнит немцев, обзывая их колбасниками, а потом несколько русских снимают штаны и повернувшись спиной вызывают немцев на драку. От этой картины растленные рыцари бросаются вперед. Когда до русских остается совсем мало, каждый русский достает из-за спины березу. попарно русские зажимают рыцарей между березами и жестоко учат никогд больше не ходи в РОссию. Тем временем, те рыцари, что принципиально сражаются пешими, потому что на самом деле пеший дерется куда лучше конного, бросаются бегом в атаку. Подлые русские бегут в атаку трусцой. В результате немцы успевают запыхаться и русские без помех складывают их штабелями. Под тяжелыми кучами немцев лет трескается и все немцы тонут. Русские одерживают убедительную победу. В разгар празднования. Александра предает Дмитрий Донской и Александра захватывают немцы, переодетые татарами. Любовница сына магистра влюбляется в Александра и тот делает ей ребенка. Александра приговаривают к разным пыткам. В разгар пыток любовница сны говорит магистру, что она беременна. От радости магистр, давно ждавший внука, умирает, и бедная женщина не успевает сказать, что на самом деле она беременна от Александра.

Александру отрубают голову, при этом он кричит: "Вся власть учредительному собранию".

Тем времнем Дмитрий Донской собирает русских и говорит им, что раз он предал Александра, они должны теперь храбро сражаться. Не имея что на это возразить, русские разбивают немцев на Куликовом поле.

Конец.


***
Накинув откинув светло-салатовый маскирововчный алащ так, чтобы был виден неприметный красно-голубой камзол, в таверну зашел юный менестрель. Зацепившаяся за косяк лютня сказала: "Бля!" и сломалась. Менестрель вздохнул, достал из вышитого бисером кожаного кощелька суперклей и принялся прилаживать гриф обратно. Увлекшись этим занятием, он не заметил, как сзади подкрался полуголый гном с выкрашенными в интересный оранжевый цвет волосами.
- Менестрель? - раздалось над ухом юноши.
- Мммяяя... - проблеял молодой человек, глядя в чудовищно изуродованную харю.
- Менестрель, - удовлетворенно кивнул гном. - А ты вывеску перед входом видел?
- Ккаккую ввввыыывеску? - у музыканта случился приступ временного заикания.
- "С музыкальными инструментами, фенечками, маленькими белыми собачками и деревянными мечами вход воспрещен." - процитировал по памяти гном.
- А ппочему с собачками? - попытался сменить тему несчастный
- А потому что Шарик пытается их трахнуть, и ничего кроме огорчения из этого не получается,- огромный волосатый пес, помесь волкодава и какой-то несчастной медведицы, вышел из-за стойки и скорбно покивал головой, не переставая хрустеть берцовой костью Дрэгоногра. - Впрочем, сейчас речь не о нем, - покачал головой гном, - а о тебе. Жаль, что ты не флейтист.
- Ппочему?
- С флейтами и прочими дудками проще.
От столиков к ним уже подходили прочие посетители таверны. Огромный орк, поддерживавший в дупель пьяного эльфа наставил на менестреля толстый зеленый палец.
- Наша в таверна пить! Наша в таверна кушать! Да бойз говорить, да бойз травить анекдоты. Да бойз не любить, когда портить воздух глупый песня!
- И главное... ик! - мутные раскосые глаза эльфа съехали к переносице. - Хоть бы, иппанарот, играть умели, или стихи писать, суканах. Зарифмуют "струна" и "волна" и приходят добрым гуманоидам моск ипать.
- Ты не ругаться. - укоризненно попенял орк товарищу.
- Извини, больше не буду.
- В общем, - сказал гном. - Старинное правило нашей таверны гласит: "Менестрелей выкидывать на улицу, предварительно засунув им их инструмент туда, куда солнце не светит". Честно говоря, даже не знаю, что с твоей балалайкой делать. Разве что по частям? Со сдавленным визгом музыкант на четвереньках выбежал из таверны.
- Злой ты все-таки, Фрикко, - задумчиво сказал эльф. - ну чего ты его пугал? Один раз только и засунули тому идиоту с дудочкой. Да и то потому что у Шарика из-за его игры невроз случился.
- Ничего-ничего, - сплюнул гном. - Пусть бежит и другим расскажет. В тавернах едят, пьют и дерутся, а не маются дивной херней



Военно-морской рассказ "Минносец Бесстыжий" - 1

С юга задувал жестокий норд-ост. Миноносец "Бесстыжий" резал мидель-шпангоутом мертвую зыбь Желтого моря. Мичман Ецкой-третий стоял на свежевымытой вахте и с тревогой вглядывался в горизонт, с минуты на минуту ожидая увидеть дымы японской эскадры. Боцман второй статьи Етько слегка повернул штурвал влево и миноносец послушно наклонился в крутом вираже. Величественный альбатрос, не успевший увернуться от мачты, потерял несколько перьев и суматошно замахал крыльями, крича что-то морское на своем птичьем языке.
- Так что Вы как рассуждаете, Ваше Высокоблагородие, - нарушил напряженное молчание боцман. - Встренем мя япошек, али нет?
- Голубчик, ты не мог бы выражаться по-русски? - Не отрываясь от бинокля сказал мичман.
- Виноват, Ваше высокоблагородие, - ответил, облегченно вздохнув боцман. - Его благородие старший офицер любит, чтобы с ним по народному говорили. А я и слов-то таких не знаю: инда, понеже...

Альбатрос поравнялся с мостиком и выкрикнул несколько особенно морских фраз.

- Не знаю Етько, не знаю. Горизонт чист, хотя темноват - кажется надвигается шторм. Какой у нас курс?
- Два румба.
- Добавь десять кабельтовых.

Боцман незамедлительно выполнил приказ. Несчастный альбатрос, внимательно следивший за мачтой не заметил кормового флагштока и в расстроенных чувствах покинул негостеприимный корабль. На мостик, гремя шканцами, спустился по трапу комадир миноносца лейтенант Вской. Как всегда он был в отутюженом белом кителе и при кортике, но почему-то без штанов. Мичман восторженно смотрел на обожаемого командира. Весь флот знал, что лейтенант Вской служил на Балтике в гвардейском экипаже. О его удали ходили легенды, а проделка с медведем и тремя околоточными в свое время рассмешила государя до слез. Погубили лейтенанта, как водится, женщины. Соблазнив жену офицера кавалергардского полка грузинского князя Содомия, он был вызван ревнивым мужем на дуэль, с которой князя увезли прямо в морг. Затем Вской в трех последующих дуэлях отправил в лазарет трех братьев князя и был сплавлен командованием на Дальний Восток, когда Командующий узнал, что поезд Тифлис-Санкт-Петербург вышел в Северную столицу забитый подд завязку.
Лейтенант взял у мичмана бинокль и опытной рукой снял защитные крышки с окуляров. Минут пять на мостике царило напряженное молчание - командир вглядывался в море, Етько старался не заржать, а мичман меланхолично прикидывал, из чего лучше застрелиться:из казеного нагана или любимого браунинга. Командир опустил бинокль и одобряюще похлопал мичмана по плечу:

- Ничего страшного, молодой, со всеми бывает. Помню как-то шли мы с семьей датского короля в Кронштадт, а я стоял на вахте. И можете себе представить: заходит на мостик король! И просит у меня подзорную трубу. А я так переволновался, что вместо трубы подал ему бутылку беленькой, у нас, знаете ли, под компасам был небольшой тайничок-с. Да еще дурацкий тик приключился- левый глаз задергался...
- Ну а что король? - задыхаясь от волнения спросил мичман
- Обрадовался, как ребенок. Он не дурак был по этому делу, а жена его в строгости держала. Так что пока она его на мостике нашла, мы бутылку уже и уговорили. Входит она, а король как ни в чем не бывало в трубочку обозревает Балтику.
- А запах?
- А что запах, я компас разобрал и начал в нем копаться. Чистый спирт, знаете ли.
- А чем все кончилось? - мичман едва не падал в обморок от обожания.
- Десять суток гаупвахты за порчу компаса, а король мне какой-то орден потом прислал.

Мичман, наконец, набрался храбрости:

- Господин лейтенант, а...
- Что?
- Штаны-с, - мичман покраснел, как девушка.
- Ах штаны, - лейтенант досадливо поморщился. - Два туза на мизере, механик натурально раздевает кают-компанию. Такое чувство, что он знает прикуп.
- Ну как же, господин лейтенант, - озадаченно посмотрел на командира Ецкой-третий. - Он же из Сочи!

Температуры на мостике резко упала.

- Да? - совершенно спокойно поднял бровь лейтенант.

Етько попытался слиться со штурвалом. Альбатрос, который было передумал и нагнал миноносец, в панике забил крыльями, пытаясь как можно быстрее набрать высоту. Лейтенант невозмутимо отодвинул мичмана и наклонился над переговорной трубой:

- Кают-компания?
- Да, - откликнулась труба голосом минного офицера Вздеева. Голос был мрачен.
- Александр Петрович, как там у вас?
- Старший офицер и артиллерист сидят в кальсонах, я только что снял китель. - в трубе раздался смех. - И нечего так смеяться Виктор Васильевич, просто Вам сегодня везет.
- Александр Петрович, надевайте китель и захватите мои брюки. Виктор Васильевич из Сочи.
- О-о-о-о, - донеслось из трубы.

Вздеев был на мостике через минуту. Он подал Командиру брюки и потер кулак с содранными костяшками. Альбатрос, почувствовавший, что обстановка несколько разрядилась, рискнул снизиться почти до высоты мачты. Мичман снова поднял бинокль...

- Дым! Дым на горизонте! Три минуты двадцать секунд на зюйд-зюйд-вест!

На мостике снова воцарилось неловкое молчание.

- Мичман, не выеживайтесь с секнудами и покажите пальцем! Горизонт маленький, в нем всего 360 градусов, так что будьте любезны! - командир посмотрел в направлении мичманского пальца. - Тэк-с. Во-первых, ногти надо стричь, молодой. А во вторых - пять миноносцев. Хм-м-м посмотрим-посмотрим...

Он прищурился на тоненькую полоску дыма.

- "Экасука", "Самосека", "Ибука", э-э-э-.
- Ни х...ра себе! - восхитился глазомером командира мичман.
- Во-первых, призносится с ударение на предпоследний слог: "НихирасИба", а во-вторых, это не он, этот - двухтрубный. Видимо "Покемон" и...
- Не е...аться! - продолжал восхищаться мичман.
- Верно, только это английское произношение от неправильного написания. Но это действительно "Ниибака". Свистнуть всех наверх ! К бою!

Мичман наклонился над трубой и попытался свистнуть, как его учили в Морском Корпусе, но губы пересохли и раздалось жалкое шипение. Из трубы донеслось:

- Виктор Васильевич, сейчас ведь мичман на вахте?
- Да.
- Значит, это тревога!

Из люков на палубу полезли, звеня шкотами, матросы. На ходу, застегивая китель выскочил из недр миноносца артиллерийский офицер и бросился к носовому трехдюймовому стомиллиметровому орудию. Матросы уже расчехляли пушку, со скрипом повернулся гюйс.

Командир быстро, но без суеты натянул штаны и поправил фуражку.

- Мичман, - голос Вского был спойоен и холоден. -Будьте добры, посмотрите, как там у Вздеева, боюсь, что он не успеет с минами.

Счастливый, от оказанного доверия Ецкой-третий бросился к трапу, едва не наступив на хвост корабельному коту Кошкодралу. Кот спешил занять свое место по боевому расписанию на вороте у командира и только недовольно мявкнул. Перекрестившись, мичман поднялся по трапу. Последняя неловкость по отношению к хвосту Кошкодрала кончилась для него неделей лазарета и пятью швами на ляжке.

На палубе происходила боевая суматоха. Старший офицер, прибалтийский немец Аршхенфельт, слегка подтормаживая, выкрикивал команды, матросы быстро их исполняли, опережая командира уже на: "Пистреее, пистрее суукины деетии" и "Заадраааить люуукиии". Ецков бегом бросился к минным аппаратам. Вздеев и минеры обливаясь потом закручивали против часовой стрелки винт на мине во втором аппарате.

- Братцы, ну еще пару оборотиков, - хрипел красный от натуги Вздеев.
- Так что никак нельзя, Ваше Благородие, - хрипел в ответ усатый минер, - Резинка лопнет. Надо на стопор ставить!
- Ставь!

Вздеев с рычанием ухватил винт обеими руками, а усатый вставил под винт заглушку.

- Теперь второй, давайте ребята, нет времени. - Вздеев обернулся к мичману. - Скажи командиру, что успеем все вовремя. Пусть не беспокоится. Сколько их?
- Пять. помочь?
- Не надо. Сбегай в машинное, у них что-то с переговорной трубой - сигнал не проходит.

Ецков кубарем скатился в машину. Механик, потомок старинного морского рода грек (как он говорил) Абасраки склонился над турбулентным манометром. обернувшись на шум, он подмигнул мичману:

- Шо я Вам скажу, Петенька, таки Вы вовремя сказали командиру, о я из Сочи. А то старший офицер уже ставил свои кальсоны и это был бы такой конфуз, такой конфуз... Я извиняюсь, но не могли бы Вы посмотреть трубу - коннекта с мостком нет. Я их слышу, а они меня нет.

Мичман по праву гордился тем, что хорошо разбирается в системе связи миноносца, поэтому достать из трубы дохлую крысу было для него делом одной секунды. Механик на секунду отвлекся и внимательно осмотрел труп грызуна.

- Судя по тому, шо у этой крысы сильно поцоватый вид, ее туда загнал Кошкодрал, а вытащить, естественно, не смог. Надо мне будет с ним поговорить, шобы в машинном больше не охотился. Идите, мичман, большое вам спасибо.

Кочегары как заведенные бросали в турбину уголь.

Ецкой-третий бегом вернулся на мостик, чуть не сбив по пути Аршхенфельта, выкрикивавшего выполненную пять минут назад команду. Матросы раскатывали по палубе противопожарные брамсели, в кают-компании старый фельдшер Недобей раскладывал топоры и молотки, готовясь принимать раненых. Мимо со спасательным плотом в лапках пробежали корабельные крысы. На мостике все было спокойно. Вской чистил кортиком ногти, время от времени поглядывая на приближавшихся японцев. Кошкодрал уже улегся у него на плечах, предупредив предварительно блох, чтобы не баловали. Етько твердо сжимал рукояти штурвала и, только по закаченым глазам можно было понять, что он давно в глубоком обмороке. Вской полюбовался аккуратными ногтями и обернулся к мичману:

- Молодой, будьте любезны, дайте этому гамадрилу в ухо.
- Есть!

Весь дрожа от оказанного доверия мичман стянул с правой руки перчатку и с размаху врезал рулевому по морде. Етько вздрогнул, очнулся, и, увидев приблизившиеся дымы, приготовился упасть в обморок снова

- Только попробуй, паскуда, - предупредил командир. - Скажу Недобею, чтобы клизму с красным перцем поставил.

Стуча зубами Етько уставился прямо перед собой. Сигнальщик поднялся на мостик держа в руках стопку свежепостиранных сигнальных флагов, выбрал три и сунул за пазуху, а остальные свалил в углу. Лейтенант с интересом посмотрел на него:

- Вообще-то это не "Погибаю, но не сдаюсь". Третий флаг неправильный. А этот сигнал означает: "Шесть белых мышей охотятся на тюленей". Впрочем, оставь. Пусть поломают голову.

Сигнальщик поднял сигнал, подумал секунду и привязал к фалу еще четыре флага.

- Ого, - поднял бровь капитан. - "Флагманский морж прекращает преследовать двенадцать зеленых собачек". Пожалуй, на этом стоит остановиться.

Труба машинного отделения откашлялась, затем донесся голос Абасраки:

- Я таки сильно извиняюсь, но когда будете рулить, сильно передачи не перключайте. Вы когда перекладываете с "полный назад" на "самый полный вперед" мое греческое сердце обливается кровью. Пар мы вам дадим, не сомневайтесь, но на газ сильно не жмите.

Миноносцы врага приближались, грозно сверкая шпангоутами.

- Не менее 25 узлов в час, - пробормотал лейтенант. - А мы больше 20 не выжмем, да и те по спидометру. Кстати, кажется через пять минут мы выйдем на дистанцию артиллерийского огня.

Он перегнулся через ограждение мостика и внимательно посмотрел на носовое орудие. Артиллерийский офицер стоял у самого мощной своей пушки и пристально и грозно всматривался в несущегося навстречу противника. Комендоры озадачено переглядывались, подталкивали друг друга локтями и наконец, как по команде обернулись в сторону мостика, с надеждой глядя на командира.

- Арсений Викентьевич, - позвал Вской
- Да? - не оборачиваясь откликнулся артиллерист.
- Арсений Викентьевич, будьте добры, откройте затвор.

Артиллерист в недоумении повернулся к командиру:

- Владимир Петрович, но зачем?
- Выполнять!
- Есть! - комендоры откинули затвор в сторону
- А теперь, будьте добры, вставьте туда снаряд, - лучезарно улыбнулся лейтенант.

Артиллерист ударил себя по лбу и комендоры с облегчением зарядили орудие.

- Зднов - лучший артиллерист во всей бригаде, - пояснил Вской обалдевшему мичману. - Но постоянно забывает зарядить орудие. После первого выстрела приходит в норму. Собственно, из-за этого первые стрельбы перед светлейшим мы чуть не завалили.

Вражеские миноносцы расходились клещами, охватывая русский корабль, вода кипела под их острыми фарватерами. На палубе Аршхенфельт пропустил команды "Шевелись!" и "Переодеться в чистое" и приказал раздать абордажные сабли. Грянули орудия японских миноносцев. Перед миноносцем поднялось два фонтана, два снаряда упали у левого борта и один просвистел в двух футах от головы альбатроса. Несчастная птица, борясь с подступающей истерикой решила, что от судьбы не уйдешь и села на мостик, бормоча что-то настолько морское, что даже Кошкодрал с интересом поднял одно ухо. Мичман машинально подвинулся и украдкой глянул на орудие вниз. Арсений Викентьевич выжидал, спокойно следя трехдюймовым стволом калибра сто миллимиетров за ближайшим миноносцем. Кошкодрал с одобрением наблюдал за этой такой знакомой ему тактикой. Японцы выстрелили снова. Лейтенант невозмутимо впечатал голову мичмана в компас. Ецкий почувствовал, что какая-то сила срывает с него фуражку. Подняв голову от картушки и утерев кровавые сопли, мичман увидел дыру в ограждении мостика примерно на том месте, где должна была быть его голова. Лейтенант спокойно раскуривал трубку, глядя на приближающийся миноносец врага. Теперь мичман видел, что это "Самосеки" с его характерным мостиком неприличной формы и четырьмя трубами различной высоты и диаметра. Отчего-то нестерпимо захотелось писать.

- Арсений, - крикнул, перекрикивая рев котлов командир, - мне оскорбить тебя предположением о том, чем ты там занимаешься? Ты стрелять будешь ВВВЫЫЫЫТТТ?!!!!

Последнее слово вырвалось у Вскова главным образом из-за того, что Кошкодрал укоризненно запустил ему пять когтей в ухо - кот отлично понимал артиллериста и не терпел, когда мешали хорошей охоте.

- Ну ладно. - потер ухо командир и обернулмя к рулевому, - Етьков, маневрируй на свое усмотрение.

мичман едва успел вцепиться в поручень. Рулевой был перепуган настолько, что знал, куда упадет снаряд еще до того, как японский артиллерист жал на спуск. Пять столобов, расстояние между которыми было меньше ширины "Бесстыжего" встали по обоим бортам корабля. Мичман открыл рот от такого зверского надругательства над естественными науками, когда лейтенант вторично приложил его головой об компас. Что-то часто застучало по ограждению и мичман увидел рядом с собой альбатроса, закрывающего голову крыльями, причем из клюва птицы вырывались уже настощие военно-морские слова. На палубе стоял тот характерный мат, которым всегда сопровождается на Руси любое святое дело. Первых раненых потащили в лазарет, раненые вырывались и кричали, что это только царапины. "Самосеки" был в каких-то пяти кабельтовых, когда рявкнуло орудие Зднова. Мостик "Самосеки" принял уже совершенно похабную форму, а из двух труб вместо дыма повалил пар. Японец отвалил в сторону. Сигнальщик торопливо поднял еще три флага

- "Розовый дельфин пьет рыбий жир" - прочитал лейтенант и одобрительно похлопал сигнальщика по плечу, - Ты делаешь успехи, голубчик. Етьков, два узла ост-вест, дадим Вздееву возможность проверить, как он закрутил резинку.
- Есть, - обезумевший от ужаса рулевой захохотал как шакал, обожравшийся мухоморов и резко переложил штурвал.
- Мне не нравится наш кильватер, - озабоченно пробормотал лейтенант, в третий раз ударяя головой мичмана о компас.

Ецкий-третий, успевший подложить на компас запасную фуражку, вытряхнул из-за шиворота осколки и посмотрел на кильватер. Тот действительно выглядел неважно.

- Мне кажется, он немного коптит, - робко сказал он, краем глаза замечая, что "Бесстыжий" летит прямо на "Ибука".
- Абасраки, - заорал в трубу лейтенант, - ты перебрал кильватер перед походом?
- Что Абасраки? Что сразу Абасраки? - затараторила труба, - Таки Абасраки перебрал кильватер. Абасраки перебрал кильватер так, как никто не сможет его перебрать! Только господь Б-г мог бы перебрать кильватер лучше, чем Абасраки, но у него много других дел! Я предупреждал, что это корыто с котлами надо ставить в ремонт? Я предупреждал, чтобы вы не вертели штурвалом, как Сарочка задницей?
- Ладно, ладно, - примирительно крикнул лейтенант, - держи давление, после этого выхода будем ремонтироваться.

"Ибука" был уже в пятнадцати кабельтовых и летел прямо навстречу русскому миноносцу. Внезапно мичман похолодел: японец, несомненно, тоже шел в минную атаку! Если сейчас отвернуть, чтобы пустить в ход минный аппарат, "Бесстыжий" подставит борт! Миноносцы шли в самоубийственную атаку один на другого. Писать хотелось уже совершенно нестерпимо. Внезапно на палубе послышался шум и мат, перекрывший даже рев котлов и гром выстрелов носового орудия, стрелявшего теперь непрерывно.

- Навались ... сынки! ...!!! За Веру, ... Царя и Отечество ...!!!! ....!!!!! ******!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

Так виртуозно ругаться на корабле умел только великолепный Вздеев. Мичман обернулся и почувствовал, что волосы под фуражкой становятся дыбом. Вздеев с минерами снял передний минный аппарат и перетащил его в нос. Огромный трюмный матрос Ититькин, у погнувший лбом все комминксы на корабле, крякнув, поднял аппарат на плечо. Вздеев нечеловеческим усилиев взвел выбрасывающую пружину и прицелился, водя миной за хвост. "Ибука" был в трех кабельтовых, когда минер выдернул стопор винта, одновременно спуская пружину.

- Ин-нах!!! - проводил он мину. Мощная резинка раскрутила винт до бешеной скорости и мина хищно болескивая в олнах понеслась навстречу "Ибуки". Японец слишком поздно понял, в какую ловушку попал и отвернул направо от "Бесстыжего", подставив борт под залп носового орудия и пятиствольных полуторадюймовых пушек. Окутавшийся паром, "Ибука" постепенно терял ход, опсывая циркуляцию.

- Второй готов, - невозмутимо заметил лейтенант.

Три других миноносца проскочили мимо русского и, развернувшись, постепенно начали его догонять.

- Владимир Петрович, - донесся из трубы голос Абасраки, - вторая кочегарка повреждена осколками, больше 18 узлов я дать не могу! Совсем не могу! Я и 18-то давать не должен, просто хочу показать, что может сделать один ...грек, если этот грек знает, к чему приложить руки!

"Экасука", вырвавшись вперед, осыпал русский миноносец снарядами из носового орудия, "Бесстыжий" огрызался из кормовой пятистволки. Командир смерил расстояние до японца: три кабельтова. Нехорошая улыбка заиграла у него на губах. "Бесстыжий" постепенно терял ход. Вской наклонился с мостика и крикнул старшему офицеру:

- Зигфрид Гуннарович, будьте любезны, пришлите на мостик Ыуынна с винтовкой. да, камчадала. Побыстрее, пожалуйста.

Ыуынн, камчадал, как легко догадаться, с Камчатки, славился среди команды феноменальной меткостью (на спор делал из винтовки чаек самцов на всю жизнь несчастными) и полной неспособностью делать что-нибудь еще, кроме этого. Поэтому в бою его обязанностью было сторожить с винтовкой якорь, чтобы кто-нибудь не украл. Винтовка у него всегда была в полном порядке. На мостик он прибыл почти мгновенно и попытался встать по стойке смирно.

- Вольно, голубчик. Видишь вон тот миноносец?

Ыуынн кивнул. "Экасука" был уже в трех кабельтовых и не стрелял, видимо собираясь захватить русский миноносец

- Видишь у него на мачте белая такая тряпка с красным кругом? А отстрели-ка мне ее.

Ыуынн вскинул винтовку к плечу и, казалось бы не целясь, выстрелил. Флаг на "Экасука" сорвало и понесло ветром. Лейтенант схватил за лапы сидевшего под компасом альбатроса и поднял его так, чтобы ошалевшая птица увидела летящий флаг.

- Видишь тряпку, ты, баклан-переросток? Давай, поступай с ней в меру собственной испорченности, - крикнул Вской и придал альбатросу мощный испульс в сторону мечущегося на ветру японского знамени.

Озверевший от всего этого безобразия альбатрос догнал священный символ Ямато и моментально сожрал прямо в воздухе. "Экасука" была уже в полутора кабельтовых, так что можно было различить лица японцев. С каким-то отстраненным интересом мичман наблюдал, как японские офицеры уселись на палубу, сняли кителя и стали обматывать бумагой лезвия кортиков.

- Это их отвлечет на некоторое время, - прокомментировал Вской, - Абасраки, как русский грека тебя прошу, дай хотя бы двенадцать узлов!
- А где я пар возьму, лейтенант? Где Абасраки таки возьмет пар?
- ДОСТАНЬ!
- ЕСТЬ!

Израненный "Бесстыжий" постепенно набирал ход, но "Покемон" и "Ниибака" уже поравнялись с ним. Офицер на "Покемон" что-то прокричал в рупор.

- Мичман, Вы, говорят, Японией увлекаетесь? - спросил командир, - что он нам там орет?
- ОН требует отдать якорь и заглушить машину, - перевел Ецкий-третий, гордясь своей нужностью.

Командир кинул взгляд на два абсолютно неповрежденных японских миноносца, а потом посмотрел на свой изрешеченный корабль.

- Ну что же, придется подчиниться. - кивнул он

Свет померк в глазах у мичмана. Его командир, его герой, собирался сдать корабль врагу! Плен, позор! В первом же походе? Как он теперь посмотрит в глаза своему отцу, капитану 1-го ранга Ецкому-второму? А маме? А дедушке, адмиралу Ецкову-первому? А вареньке, Катеньке, Машеньке, оленьке и Верочке? Особенно Машеньке и Оленьке, ведь одна из них, почти определенно, его невеста, правда он пока еще не разобрался, кто именно? Ужасаясь самому себе, мичман принял решение: сейчас он застрелит этого предателя, которому он так верил, а потом застрелится сам. Расстегивая негнущимися пальцами кобуру, он сквозь слезы услышал голос Вскова:

- Ититькин, голубчик, отдай-ка левому якорь!!!

Похоже, японцы все-таки заподозрили что-то неладное, когда на бак русского миноносца вышел огромный мужик и начал раскручивать над головой миноносный якорь на цепи, но было уже поздно. Направленный мощной дланью русского матроса, привыкшего при отсутсвии топора валить деревья руками, пятитонный якорь грозно просвистел в воздухе и угодил точно между труб "Покемон". Японский миноносец окутался паром и специфическими японскими выражениями.

- А правому, будь добр, заглуши машину.

Ититькин повернулся на другой борт и набрал в грудь побольше воздуха

- БО-ЖЕ ЦАРЯ-А ХРАНИ!!!! - заревел Ититькин и мичман понял, что оглох.

На мостике полопались все стекла, на "Ниибака" маленькие японские матросы закрывали уши ладонями. Дым из труб японца, загнанный внезапным порывом ветра, преодолел мощь вентиляторов и устремился в кочегарку, гася топки. "Бесстыжий", окутанный клубами дыма и пара медленно полз во Владивосток.

Прошло три часа. Солнце клонилось к закату. На палубу выполз в одних кальсонах красный и мокрый Абасраки. Повернув опухшее лицо к Вскову он прокашлялся и прохрипел:

- Все, Владимир Петрович. Пар весь. Насосы сейчас встанут, вода поступает в обе кочегарки. Я глушу машины. Вы знаете, что Абасраки хороший механик. Но у этого корыта котлы с машинами сейчас провалятся сквозь дно.

Он лег на палубу и захрапел. Командир прикинул расстояние до берега.

- Пять миль... Все наверх, шлюпки на воду.

Мичман шмыгнул носом.

- Не грусти молодой, это был хороший корабль. Ты сегодня неплохо себя вел. Так и быть, разрешу тебе открыть кингстоны.




(И совсем не смешно!)
"Пленный котенок."
Лапки скручены веревкой
Ржут довольные фашисты:
"Не такой уж ты и ловкий
Партизанский кот пушистый

Признавайся лучше сразу
Сдай нам явку и радиста
Большевицкая зараза,
Партизанский кот пушистый"

И овчарка грозно воет
Мерзко капает слюнями:
"Поглядим, чего он стоит"
И готов мешок с камнями

Но стоит котенок молча
Глядя прямо в морды немцам
"Нет, породе вашей волчьей
Не сломить кошачье сердеце

Мой батяня полосатый
служит в танковой бригаде
Маму разбомбили в хате
Брат воюет в Сталинграде"

Перед смертью он спокоен
Смотрит смело на винтовки
Маленький пушистый воин
Лапки скручены веревкой

И. Кошкин 26.08.2005
_________________
Делай, что должен, и будь, что будет.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Скрытень Волк
Вечный на рубеже.


Репутация: +48    

Зарегистрирован: 14.05.2008
Сообщения: 5424
Откуда: СПб, Род Одинокого Волка

СообщениеДобавлено: Ср Авг 05, 2009 11:38 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой  

На злобу дня, или услада потреотизма. Флот диктует условия рыбалки

Капитан Свейн Йохансон в сотый раз поднес к глазам бинокль и тоскливо выругался. Дождь стоял стеной и видимость была лишь несколько кабельтовых. Он посмотрел на экран радиолокатора и выругался еще тоскливее. Количество меток вокруг их корабля наводило на самые мрачные мысли.

— В руководстве компании сидят некомпетентные мерзавцы, - он со свистом втянул воздух сквозь чубуку старую трубки, которую все никак не собрался раскурить. - Они отправили нас прямо через район сосредоточения русской рыболовной флотилии.

— Прикажете начать подавать звуковые сигналы? - вежливо спросил молодой штурман Туре Эгильсон. - И, кстати, почему вы приказали погасить судовые огни? Это создает аварийную ситуацию!

Свейн закрыл глаза и приказал себе успокоиться. Туре был хорошим мальчиком, беда только, что до сих пор он ходил только через Атлантику и о некоторых особенностях плавания в Северном Ледовитом океане знать, конечно, не мог.

— Туре, упаси нас Один зажечь хоть один огонь. Мы не зря идем так близко к берегу - нас не будет видно на локаторе. Вокруг нас три десятку русских рыболовных сейнеров, ты понимаешь, что это значит?

— Если честно - не очень, - в честных голубых глазах штурмана стояло детское недоумение. - И потом, разве мы разрешили русским лов в своих территориальных водах?

— Разреши-и-и-ли, - передразнил капитан. - Спрашивают они какого-то разрешения, как же.

— То есть как не спрашивают? - удивился штурман.

— СЕЙНЕР ПОЛТОРА КАБЕЛЬТОВА ПО ПРАВОМУ БОРТУ!

полный животного ужаса вопль вахтенного убил тишину на мостике. Рулевой рухнул головой на картушку и разразился рыданиями. Ирландец-радист громко молился за дверью радиорубки. Подобно призраку из пелены выскользнул ржавый, битый кораблик под трехцветным флагом.

— Эй, норвеги, лечь в дрейф, нна. Бу-га-га! - донесся хриплый мегафонный голос с мостика русского корабля.

— Стоп-машина! - всхлипнул Свейн. - Спустить штормтрап!

— Но капитан, - Туре ничего не понимал. - Разве они терпят бедствие?

Свейн схватил штурмана за отвороты тужурки и дыша в лицо селедкой и пивом хрипло зашептал:

— Туре, мальчик мой, я знал твоего отца. Ради него, ради твоей несчастной матери, что бы не произошло - молчи и подчиняйся!

Пока Туре хлопал глазами, сейнер притерся к борту норвежского корабля так, что зыбь время от времени наваливала его бурый, обвешаннй покрышками борт на черную матовую сталь норвежского судна. По штормтрапу на палубу поднялись два заросших человека в грязных куртках с неграмотно выполненными надписями на английском. Дверь в рубку распахнулась, и внутрь просунулась первая личность. Туре машинально отметил, что потрепанная треуголка и абордажная сабля подошли бы личности куда больше, чем дешевая китайская куртка.

— Капитан сейнера "Синхрофазотрон" Нонний Мордюков. - Представилась личность постарше.

— Капитан рудовоза "Эрик Рауде" Свейн Йоргенсон, - голос капитана под конец дал заметного петуха.

— Очень приятно, - осклабился русский шкипер. - Да не ссы ты так, Свеня. Закурить не найдется?

— Только трубка, - жалко улыбнулся Свейн.

— Эх ты, - сокрушенно покачал головой русский. - Ну да ладно. В общем, тут такая ботва, викинги. Не клюет у нас, хоть ты тресни. А уже топливо кончается. Ну не с пустыми же руками возвращаться… Короче, чего везем? Машины, шмотки, технику?

— Ребята, - заискивающе начал норвежец. - Ну мы же рудовоз… Вот сейчас железный концентрат гоним - трюмы забиты под завязку.

— Чё, серьезно? - огорчился русский капитан. - А я ведь проверю!

— Да ради Бога! - радостно закричал Свейн.

— Ишь, ты похоже не врет, - вздохнул русский. - Ладно, сколько в кассе?

— Двенадцать тысяч евро и восемь тысяч долларов, - весело ответил Свейн. - Я сейчас пакет принесу, так вам удобней будет.

— Да ладно, ну чего ты, - великодушно ответил Нонний, - у меня свой есть.

Но Свейн уже открыл дверцу сейфа и бодро ссыпал туда деньги. Затем достал из сейфа две бутыли "Чивас Регал" и протянул Мордюкову:

— А это от меня, на память.

— Ну спасибо, - заулыбался русский капитан.

Тем временем, его молчаливый помощник ходил кругами вокруг совершенно обалдевшего Туре.

— Слышь, капитан, - сказал он наконец, щупая рукав кожаной тужурки штурмана. - А вроде ничего материал?

— Материал подходящий, - кивнул Нонний, рассовывая Чивас по карманам.

— Ну так я возьму, пожалуй. - кивнул помощник и дернул за рукав. - Слышь, норвег, снимай давай.

Ошарашенный Туре послушно снял тужурку и повесил ее на крючок на стене. Русский помощник скинул свою китайскую робу и натянул кожанку норвежца.

— О, как раз мой размерчик!

Он снял тужурку и, свернув, засунул ее подмышку.

— Вот, самое оно и есть. Ну, бывай, - он пожал руку все еще не пришедшему в себя Туре и направился к выходу вслед за капитаном.

— Отдайте тужурку!!! - взвизгнул опомнившийся наконец молодой норвежец.

— Чё сказал? - обернулись на крик русские рыбаки.

— Отдайте тужурку! - вопил Свейн. - Это воровство! И почему вы взяли деньги?!

— Так больше же ничего не было, - искренне удивился русский капитан.

— …и что вы вообще делаете в норвежских территориальных водах!

На мостике стало необыкновенно тихо. В тишине послышалось громкое сопение - Нонний Мордюков часто задышал, глаза его налились кровью.

— Ты чё сказал, чурка ты норвежская?

— Умоляю, - замахал руками Свейн. - Мальчике недавно в Арктике, он не понимает…

— А мы-то с вами по-хорошему, как с людями, - не слушая продолжал Мордюков. - Все по-чнловечески… А вы!

Его голос прервался от обиды и он полез за пазуху. Достав оттуда ракетницу, русский капитан не слушаю дружного плача норвежцев вышел на мостик и пустил зеленую ракету.

— Ну, ждите суки! - злорадно прошипел помощник.

Рулевой и вахтенный упали в обморок, католик-радист и протестант-капитан дружно молилились, прижимая к груди одну библию на двоих. Ждать пришлось недолго. Сперва в тумане показалась огромная, невозможная тень, и, наконец, подобно левиафану вынырнул чудовищно большой военный корабль. На флагштоке бился андреевский флаг и чуть пониже - черный, с черепом и скрещенными костями.

— Крейсер службы охраны рыболовства, - просипел Свейн.

— Ну что, твари, бздите, что аж сотекда потеют? - Нонний стоял над норвежцами, подобно древнему божеству отмщения. - Ужо попили кровушки. В ыне еще за Вадима Новгородского ответите.

— Пожалуйста, - заплакал навзрыд Свейн. - У меня трое детей…

— Раньше нужно было думать… - покачал головой Нонний.

От борта крейсера уже отваливали шлюпки с абордажной командой…



Еще немного юмора про зверей. Теперь с партизанским уклоном
Медведь, переминаясь с лапы на лапу, тревожно всматривался в кедровый бор у подножия сопки. Время от времени он дышал на стекло стереотрубы, подзывал зайца и вытирал ии объектив. Стереотрубу Мише подарили геологи, как и карабин, теодолит и кучу другого бесполезного в хозяйстве барахла. Той весной Топтыгин поднялся поздно, и, продирая глаза обходил свои владения, когда внезапно наткнулся на лагерь. При виде медведя люди в лагере обрадовались, начали кричать, бегать, но когда тот подошел поближе, засмущались и быстро уплыли на лодке. Миша и сам был зверь застенчивый, поэтому просто перетаскал подарки в берлогу и долго разбирался, что тут к чему. Большинство приборов так и остались непонятными игрушками, но трубу Топтыгин полюбил и, прихватив с собой зайца, часто бродил по сопкам, любуясь видами.

Наконец между между стволами замелькало серое, и Хозяин Тайги облегченно вздохнул: до последнего момента он не был уверен, что Волка отпустят с заставы живым.

— Он что, всю дорогу бежал, что ли? — мяукнула Рысь.

Гигантская кошка обладала удивительно острым зрением и без всякой трубы видела ходящие ходуном бока соседушки. Багровый язык, свешенный чуть не до земли, говорил о том, что Волк действительно преодолел все двадцать километров без остановки. Наконец, Серый забрался на сопку и свалился прямо у ног Медведя.

— Все, больше не могу, — прохрипел он, — Дайте отдышаться.

И немедленно заснул. Медведь подождал пять минут, затем взял Волка за шиворот и слегка встряхнул.

— Сейчас-сейчас, еще минуточку, — пробормотал Волк, не открывая глаз.

— Серый, хватит придуриваться, — рявкнул Медведь.

— Все-все, уже проснулся, — Волк открыл глаза и протер их лапами.

— Так что тебе сказали? — спросил Топтыгин.

— Э-э-э, а можно меня на землю поставить? — робко поинтересовался Серый.

— А. Извини.

Волк встряхнулся и обвел собравшихся нехорошим взглядом:

— В общем, информация подтвердилась, — сказал он, — Целая бригада браконьеров, работает по заказу китайцев.

— И что им нужно? — нервно спросил Медведь.

— Ну… — помялся Волк, — Лапы медведя, уши рыси и тигриные…

Он приподнялся на задние лапы и что-то прошептал в ухо Тигру. Полосатый, обычно оранжевый, вдруг пожелтел со шкуры и очень плотно припал к земле.

— Яйца, значит, — вздохнул Медведь, — А что пограничники? Не помогут в этот раз?

— У них и так забот полон рот, — мрачно ответил Волк, — Косоглазые через Амур лезут — спасу нет, еле успевают отлавливать.

— Я бы попросил! — возмутился Заяц.

— Извини. Берта вот согласилась с нами поработать, у нее отпуск.

— Это твоя знакомая? — уточнил Медведь.

— Ну, почти, — Волк посмотрел в небо, — У нас через полтора месяца щенки будут. В порядке эксперимента разрешили.

— Понятно, — Топтигин осмотрел собравшихся, — Ну, стало быть, обороняться будем сами.

— Милиция велела передать, — добавил Серый, — Что искать их, если что не будут.

— Поня-я-ятненько, — мяукнула Рысь.

— Ладно, Заяц, можешь быть свободен, тебя это не касается, — приказал Хозяин Тайги.

— Фигу! Это мой лес! — храбро ответил Косой, — Сегодня вас, завтра им мои глаза потребуются или еще что-нибудь.

— Молодец, — Медведь осторожно потрепал Зайца по ушам, — Значит, план у нас будет такой…


--------------------------------------------------------------------------------

Волк и Берта неспешно трусили по тайге, уткнувшись носами в свежий след. браконьеров было семеро, и эти идиоты не нашли ничего лучше, чем, разделиться. Медведь взял на себя троих, за двоих отвечал тигр, Рыси и Волку с Бертой досталось по одному. Теперь нужно было только настигнуть своего мерзавца и наброситься на него сзади. Они гнали браконьера уже полтора часа, подбадривая его бодрым воем.

— Городской, — удовлетворенно заметил Волк, — Местный бы костер развел и за ним отсиделся.

— Не забывай, — нервно заметила овчарка, — У него карабин. Один раз бахнет — будешь потом свинец переваривать.

За время службы на границе Берта была ранена дважды и в таких вопросах считалась экспертом.

— Да брось, — хвастливо ответил Серый, — Он уже от страха не видит, куда бежит, еще немного…

— Стой, — овчарка замерла, и Волк, не успевший остановиться, проехал вперед на заднице несколько шагов.

— Что такое? — удивленно обернулся Волк

— Запах сильный, кажется он…

Над кустами медленно поднималось дуло винтовки.

— Берегись!

Берта рванулась вперед, но Серый сшиб ее плечом и кинулся в кусты сам. Раздался выстрел, короткий вой. Не помня себя от горя и ярости, овчарка бросилась в атаку, целясь туда, куда положено целиться служебной собаке…


--------------------------------------------------------------------------------

Заяц нашел Тигра посреди широкой старой гари. Могучий кот внимательно рассматривал широкую полосу распаханной и развороченной земле. Время от времени он опускал нос вниз, пытаясь принюхаться, но, вдохнув пыль и старую золу, чихал и опять усаживался на задницу. Заяц осторожно приблизился к Полосатому. Вообще-то, тигры не удостаивали косых своим вниманием, предпочитая зверей покрупнее, но кто его знает. Ополчение ополчением, а вдруг ему жрать захочется?

— Гумус, — задумчиво произнес Тигр, цепляя лапой землю.

— Что? — вежливо спросил заяц.

— Почва, плодородный слой, — все так же величественно ответил могучий зверь, — Все мы возвращаемся в гумус, давая жизнь травам, от трав кормятся благородные олени и прочие копытные, а они питают нас, мы же, когда придет срок, вернемся сюда, в гумус.

Заяц тактично помолчал. Тигров нередко пробивало на философию, Волк как-то рассказывал, что его зимой поймала одна Тигрица, и вместо того, чтобы разорвать, три часа читала выдержки из "Лунь Юй" и "Парадоксов".

— Понятно, — наконец нарушил молчание Косой, — А где браконьер?

— Ну… — пожал плечами Тигр, — где-то тут должен быть. Я на него стадо кабанов выгнал…

Полосатый встал и прошелся вдоль перепаханной полосы.

— В общем, похоже, он вернулся в гумус. Ладно, пойду второго искать.

— А что его искать? — Заяц, ждавший этого момента, надулся от гордости, — Пойдем, он тут, недалеко валяется.

— В каком смысле? — переспросил Тигр.

— Завалил я твоего второго, — чуть лопаясь от сознания собственного величия ответил Заяц.

— Хм-м-м, интересно, — пробормотал Тигр, — Ну, показывай.

Браконьер лежал в кустах без движения с закаченными глазами.

— Нда, действительно, — протянул Тигр, — Ладно, рассказывай, как ты его?

— На самом деле очень просто, — заторопился Заяц, — он идет такой, идет, а я прямо перед ним из травы как подпрыгну! Он брык — и лежит.

— Забавно, — позволил себе улыбнуться Тигр, — Причем, судя по запаху, еще и обделался. Ладно, оттащи куда-нибудь ружье, а я постараюсь преодолеть природную брезгливость и отнесу засранца на сборный пункт.

Заяц с трудом сдвинул винтовку с места и подумал, что, похоже, придется звать на помощь родственников. Полосатый, уже закинувший бесчувственного браконера себе на спину, внезапно обернулся.

— Заяц?

— Да? — Косой, пыхтя, пытался тянуть ружье за ремень.

— Ты молодец. Спасибо!


--------------------------------------------------------------------------------

— Ну ладно, ну перестань, — успокаивала Берта Волка.

— Что значит перестань? — визжал Серый, — Как это перестань? Думаешь я не видел, куда ты его кусала?

— Я очень испугалась, что он тебя застрелил, и сделала то, что нас учат делать, — объяснила овчарка.

— Вот так вот и положено? — кипятился Волк, — Думаешь мне приятно, что моя женщина хватала пастью за…

— Ну хватит! — гавкнула Берта, — Все овчарки хватают именно за это! Нас так готовят!

Волк несколько притормозил и недовечиво покосился на подругу.

— Все? И кобели тоже?

— И кобели, — твердо ответила овчарка.

Некоторое время оба бежали молча.

— Тяжелая у вас работа, — вздохнул Волк.

Дикий, протяжый вопль разорвал тишину ночного леса. Вопль столь жуткий, что Берта прижала уши к затылку, припала на живот и тихо заскулила.

— Эт-то что было? — заикаясь спросила отважная овчарка.

— Это? — шерсть на загривке у Волка встала дыбом, — Я тебе скажу что это было. Это рыси трахаются, вот что это было. Ну, скотина с кисточками, мы тут жизнью рискуем, а она… Можно подумать, это наши уши им нужны! Так, пойдем разбираться.

Припадая на раненую ногу, Волк похромал туда, где в ночи раздавались душераздирающие вопли. Взобравишись на сопку, Серый заорал:

— Рыся, ты где? Вылезай, скотина, опять валерьянки обожралась? А кто за тебя браконьеров ловить будет?

— Ну чего ты орешь, — ответило из кустов мягким, рокочущим баритоном.

В темноте зажглись две пары зеленых глаз, и Волк попятился. Ирис, супруг Рыси, считался мужчиной серьезным, ходили слухи, что с ним даже Топтыгин иногда здоровается первым. Однако праведный гнев, помноженный на боль в поврежденной лапе, взяли верх, и Серый грозно уткнулся носом в широкую хитрую рожу с бакенбарадми.

— В то врремя как весь лес в едином поррыве боррется с угррозой, — порыкивая начал Волк, — кое кто…

— Да ладно тебе, Волчик, — Рыся, потягиваясь, вышла из кустов и встала рядом с мужем.

— Привет, Берта. Мы своего браконьера обезвредили.

— Да? Ну и где он? — кипятился Волк.

— А вон, на дереве.

Ирис подошел к здоровенном кедру с абсолютно гладким стволом, и, встав на задние лапы, с душераздирающим скрежетом поточил о кору огромные когти.

— Муарррроуумуамуа, — произнес Рысь, тщательно выговаривая каждую букву.

Откуда-то из кроны донесся задушенный всхлип.

— Мы, собственно, его выследили, — объясняла Рыся Берте, — А когда он сел под деревом, занялись любовью. Он даже сапоги скинул, не говоря уж о винтовке.

— Пусть посидит пока, — лениво заметил Ирис, — Утром сам свалится. А ружье я пойду в болоте утоплю.


--------------------------------------------------------------------------------

Медведь сменил позицию и осторожно выглянул из-за камня. Пули цвикнули в полуметре от рыла и он откатился назад.

— Ну, скоро вы там? — прорычал Топтыгин.

— Сейчас все будет, Миша, — торопливо ответи енот, загоняя маленькими лапками последний патрон в обойму.

Огромные когти не давали Хозяину тайги перезаряжать карабин самому, пришлось привлечь старого знакомого. Енот пару зим пользовался топтигинской берлогой и теперь пришло время вернуть должок.

— На, держи.

Медведь подхватил карабин и, просунув коготь в спусковую скобу, выпалил в сторону кустов. В ответ прогремело несколько выстрелов, правое ухо обожгло болью.

— Миша, — осторожно сказал енот, — А у тебя в ухе дырка.

— Ничего, — сквозь клыки ответил Топтыгин, выпуская еще несколько пуль в сторону противника.

— Патронов у тебя еще на одну обойму, — добавил енот.

Медведь потер кровоточащее ухо лапой и осторожно высунулся из-за камня. Пуля ударила рядом, и осколки гранита больно посекли нос. Пора было менять позицию. Перестрелка продолжалась уже час, за это время медведь успел расстрелять большую часть оставшихся от геолгов патронов, но хуже всего было то, что вражеские пули разбили любимую стереотрубу. Вообще говоря, теперь все зависело от того, сработает ли вторая часть его гениального плана. Патроны кончались, горизонт уже засветлел, еще немного — и взойдет солнце. Топтыгин вздохнул, переполз за куст и открыл огонь. Он стрелял за свои лапы, за лапы всех медведей и медведиц, за уши рысей, за яйца тигров, за свой лес и свой Амур. Чувство собственного героизма и отважной обреченности переполнило косолапого и он громко заревел, бросая вызов браконьерам. Снова загрохотали выстрелы, вокруг падали срубленные пулями ветви.

— Врешь, не возмешь, — прохрипел Топтыгин.

— Туруру! Ла-ла-ла! Какой чудесный день! Какой чудесны пень! Кто лось — тот не олень!

Басовитый, трубящий рев раздался над лесом, сопровождаемый сучьев, ударами по чему-то мягкому и сдавленными воплями. Медведь обессиленно привалился к камню — помощь подошла вовремя.

— Это что? — осторожно спросил енот, прислушиваясь к звукам снизу, где, судя по всему, кого-то топтали ногами.

— Это лоси, — расслабленно ответил косолапый, — Я этих уродов отвлекал, а они бесшумно с тыла зашли.

Кому-то прописали крепкую саечку и тот же бас продолжил на мотив румынско группы, которую постоянно крутили на заставе:

— Хо-хо-хо! Как по лесу пробежал олень, озорной олень, зажигательный олень! Зацепился на бегу за пень!

— А… — енот собрался с духом и продолжил, — А чего это они?

— Понимаешь, — медведь прикладывал к простреленному уху подорожник, — У них сейчас гон. Поэтому они гонят. Постоянно. Не обращай внимания.

Из кустов вылетел огромный лось, недавно сбросивший рога.

— Ха-ха-ха! Мой добрый друг медведь! Ого-го-го! и маленький зверек с полосатой мордой!

— Енот, извините, — застенчиво представился Енот.

— Енот, уху-ху, какой великолепное, величественное, сексуально привлекательное имя! Не обращайте внимание, я гоню.

— Сексуально привлекательное? — робко спросил зверек у Косолапого.

— Не обращай внимания, он гонит, — заверил Медведь, — Нормальное имя, мужское такое, крепкое. Лось, спасибо, уж выручил так выручил.

— Да-да-да! Мы мужественные звери, мы должны помогать друг другу! Тем более, что им нужны были наши хвосты. У-дю-дю-дю, у-дю-дю-дю-дю, баю-баюшки баю, не ложися на краю. Там трое то ли пленных, то ли, мва-ха-ха, безвозвратных потерь. Ладно, мы поскакали, гон все-таки.

Лось большими скачками скрылся в лесу.

— Ну, брат Енот, пошли брать в плен, если осталось кого, — подытожил Медведь.


--------------------------------------------------------------------------------

— Итак, подведем результаты, — начал Медведь.

Амур сиял на солнце, ветер гудел в кедрах, на сопке было тепло и ветренно. Среди трофеев нашлась зрительная труба и Косолапый был наверху блаженства. Партизанский отряд собрался на вершине каменной горки на том самом месте, где позавчера они получили страшное известие о браконьерах.

— Берта и Волк — один, покалечен.

— Жить будет, — заверил Волк.

— Любить — вряд ли, — оскалившись во всю пасть, добавила Берта.

— Тигр — один, тело не найдено, — продолжал Медведь.

— Эти кабаны… — досадливо поморщился Полосатый, — Впрочем, он вернулся к земле, чего еще может желать Совершенномудрый… Кому-нибудь другому.

— Заяц — один, целехонький. Молодец, Косой, не ожидал.

— Служу…

Донельзя гордый собой Заяц несколько секунд подыскивал, кому же он служит, затем рявкнул то, что не раз слышал от пограничных собак.

— Служу России!

Все на минуту замерли по сидке "смирно".

— Рыся и Ирис — один. Мертвый.

— Мы ни при чем, — оторвался от умывания Русь, — он сам свалился с дерева и шею свернул.

— Ага, после того, как ты забрался туда и поточил когти об его ветку. Ладно, проехали, искать их не будут. Ну и троих мы с лосями. Двух они затоптали совсем, а один вроде ничего. Вот его и допросим. Тигр, давай его сюда.

Еще позавчера Полосатый за такой тон вцепился бы Медведю в толстую морду, но теперь лишь хлестнул себя по бокам хвостом и притащи за шиворот зажмурившегося и тихо подвывающего мужика.

— Где-то у меня был разговорник, — кряхтя поднялся медведь, — Серый, куси его там, чтобы глаза открыл, только не до смерти…


--------------------------------------------------------------------------------

Василий Дормидонтович Плюев, браконьер со стажем, сквозь ватные штаны почувствовал мощные челюсти на своей заднице и, взвизгнув, открыл глаза. Прямо на него в упор смотрела огромная медвежья харя. Харя открыла пасть, обдав Плюева зловонием и продемонстрировав ужасные желыте клыки, и хрипло произнесла:

— Превед, кросавчег.








Вопросы психиатру. Посвящается ПЛОХИМ реконструкторам и дивным.Доктор, посоветуйте, какой шлем лучше одеть в викингский поход: тюрбанный сарацинский, конический с наносником, или вендельский с полумаской?

Доктор, мы занимаемя реконструкцией воЙнов Золотой Орды. Мы слышали, что они воевали верхом на ездовых животных, но денег на лошадок у нас нет. Мы придумали сделать костюм лошади и надеваем его на реконструкции по очереди, чтобы наши товарищи могли потренироваться в стрельбе из седла. Пожалуйста, посоветуйте, как нам лучше бегать, чтобы было похоже на галоп?

Доктор, я могу ошибаться, но мне кажется, в нашей прецептории процветает содомия, посоветуйте, как с этим бороться? И не помешает ли это достоверной реконструкции ордена тамплиеров?

Доктор, меня переводят из Лейбштандарте СС Адольф Гитлер в Гитлерюгенд, а я слышал, там средний возраст танкистов - 18 лет. Посоветуйте, как мне себя вести, чтобы выглядеть естественно и избежать обвинения в растлении малолетних?

Доктор, в нашей славянской дружине все носят офицерские хромовые сапоги, которые мы купили на военном складе, скажите, почему нас называют гоблинами?

Доктор, какие занавески лучше всего подходят для реконструкции ферязей русской народной княжеской дружины?

Доктор, я - дроу, но левитировать у меня не получается. Связано ли это с тем, что я слишком много времени провожу на поверхности, и вернутся ли мои способности, если я спущусь в городской канализационный коллектор?

Доктор, вчера мы были на бугурте, и какой-то извращенец попытался стянуть с меня кольчужные шоссы. Посоветуйте, что мне делать с моей бьющей через край здоровой мужской сексуальностью?

Доктор, наш клуб реконструирует Лейб-Гвардии преображенский полк, но купить сукно, ружья и тесаки мы не пока не можем. Скажите, можно вместо мундиров пока носить афганку, если мы покрасим ее зеленкой? И еще вопрос, в принципе, МГМ винтовки Мосина издалека ведь похож на ружье образца 1809 года?

Доктор, мы реконструируем заградотряд НКВД, посоветуйте, какие процедуры нам принимать, чтобы у нас лица были как в фильме Враг у ворот? А то когда мы пытаемся сделать такое выражение сами, другшие реконструкторы над нами смеются или дают упаковку Имодиума

Доктор, мы посмотрели сериал Четыре танкиста и собака и решили реконструировать танковую бригаду Советской Армии. Мы уже сделали танк из Витиной копейки и фанеры, и перешили комбинезоны из строительных спецовок. Скажите, если мы польем сверху черной краской нашего кокер-спаниеля Одуванчика, он будет похож на немецкую овчарку?

Доктор, мы реконструируем псковскую воздушно-десантную дивизию. Скажите, почему, когда мы устраиваем реконструкции 2-го августа нас все время бьют какие-то люди?
_________________
Делай, что должен, и будь, что будет.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Скрытень Волк
Вечный на рубеже.


Репутация: +48    

Зарегистрирован: 14.05.2008
Сообщения: 5424
Откуда: СПб, Род Одинокого Волка

СообщениеДобавлено: Пт Май 03, 2013 9:37 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой  

http://vif2ne.ru/nvk/forum/0/co/1872815.htm 03.09.2009 20:34:10
И. Кошкин "Выдержки из Архива Воеводской Избы Енисейского Острога"
Я вас приветствую! Хррр. Хрррр. Ххуррагх!

Планировал это в сборник рассказов прошлой осенью, но меня с ним обломали жестоко, так что выложу тут. Отдельное большое участнику Alexus-у за его беЗценные, кроме шуток, наставления. Желаю ему побыстрее выздороветь!

«144 (1636) году июля в 20 день. Государю, царю и великому князю Михаилу Федоровичу всеа Руси бьют челом, сироты твои, Дальнебратского острога ратные люди Дмитрейка Петров Ходаков, Кирилка Семенов Большак, Парфешка Иванов Косоухов, да промышленные люди Павел Яковов Заяц, Ивашко Иванов Плехин, да прочие твоей царской милости сироты бьем челом.
Сего года июля в десятый день ходил воевода наш, князь Петр Иванов Хитров-Задов к захребтовым медведям за ясаком. И те медведи захребтовые твоего государева слугу князя Петра Иванова Хитрова-Задова поедом съели совсем, а людишек его пограбили и наги отпустили и коней двух поели. И теперь мы, государь, сироты твои, без головы осталися. Так пожаловал бы ты, государь, воеводу прислал, а нам без него никак не мочно. А ясак, што мы собрали, по анбарам лежит, а слать не знаем как, ту зиму соболь из-за хребта зеленый шел, через то все шкурки у нас зеленые. А што тунгусы нам ясырь красными девками дали, так поп наш Офонасий их окрестил, и попадья их от греха в остроге заперла, а нас из острога прогнала, через то мы, сироты твои, по шалашам да землянкам мыкаем. А в острог она нас не пускает, а што нам потребно со стены скидывает. Припас охотничий еще бы ничего, а собачек ловить трудно, потому они пуда по полтора-два у нас, звери добрые.»

«144 году июля в 31 день. Дворянину Василию Борисову Белову-Горячеву от Енисейского острога воеводы, князя Олександра Тупова, память. Сей же час собравшись, с десятью ратными людьми плыть в Дальнебратский острог, дощаник взять у торговых людей на государя. Пороху и свинца взять, сколько надобно, которые ратные люди без пансырей тем пансыри взять и наручи. В том Дальнебратском остроге сыскать, каким обычаем воеводу медведь приел, да не было ли в том умысла. Да сведать, куда государев соболий ясак дели, да кто про зеленого соболя врать надоумил. А в Дальнебратском остроге стеречься, а то уж там девки мерещатся. И допрежь всего узнать, не настаивают ли опять мухомору, и самим того мухоморовава настою не пить никак.

Писано в воеводской избе Енисейского острогу»

«144 году августа в 14 день. Дворянин Васька Борисов господину моему князю Олександру Тупому, воеводе Енисейскому, челом бьет. 144 года августа в 1 день отплыл я иа дощанике как твоя милость велеть изволила, а со мной десять человек ратных людей в пансырях да куяках да шапках железных, с припасом, а проводником промышленный человек Пашка Яковов. Да плыли девять дней, а на десятый видели чудо: летел по небу зверь велик и толст на ногах толстых, уши растяписты, а вместо носа рука, сам малиновый. Хотел я того зверя из пищали стрелять, да Пашка Яковов удержал, а сказал: само отпустит. А настоя мухоморова я, государь мой не пью совсем, как ты и велел, да и горький он. Августа в 12 день приплыли в Дальнебрацкий острог, сразу я сыск учинил, как воеводу Хитрова-Задова погубили. А медведи захребтовые в избу ко мне пришли да головой винились: ходил де воевода к ним за ясаком третий раз за год, а листы, где они лапу прикладывали, все рвал и лаял их поносно. А им уж кроме живота и дать нечего. А как стал с них шкуру драть, в те поры осерчали и воеводу съели. И просят они, медведи захребтовые, государева прощения, а што с ратных людей пограбили – все вернут, только коней не вернут, двоих, потому што их тоже съели. И я тех медведей к присяге привел, да трех медвежат ясырями взял да за пристава в острог посадил. А настоя мухоморова я каждый день не пью ни капли, как ты, господин мой, велел. А рухлядь мягкую, шестнадцать сороков зеленых соболей с пупками и хвостами я тебе, господин, всю с этим письмом отправил. А што с девками делать не знаю, а они в остроге уже воем воют, а уже осень скоро и нам в поле зимовать не мочно. А вчера попадья метала с частокола щена Ивашке Плехину на промысел идти, так чуть меня не зашибла. А мухоморовый настой, господине, здесь не пьют совсем, потому мухоморов в этом году мало, а с прошлогодних не забирает.
Писано в воеводском шалаше у Дальнебрацкого острогу.»


«144 году сентября в 3 день. Дворянину Василию Борисову Белову-Горячеву от Енисейского острога воеводы, князя Олександра Тупова, наказ строгий. Сведать у промышленных людей, да у тунгусов, да у медведей, коли и впрямь мухоморы не пьешь, нет ли у кого по анбарам да берлогам соболя черного, потому зеленого соболя нам на Русь посылать не мочно. А того зеленого соболя я счел да в анбары положил, да в Мангазею воеводе отошлю, штоб он отправил в Архангельский городок, может торговым людям аглицким немцам того зеленого соболя продадут. А девок окрещенных за ратных и промышленных людей замуж выдать, собак же со стены не метать, потому у нас в Енисейском остроге охотницкая собака по пяти рублев идет. Захребтовых медведей ясаком обложить, но шкур не драть, штоб они из государевой руки не побежали. А мухоморову настою не пить, потому што и прошлогодний мухомор, если под спудом настаивать, забирать может.

Писано в воеводской избе Енисейского острогу»

«144 году сентября в 20 день. Дворянин Васька Борисов господину моему князю Александру Тупому, воеводе Енисейскому, челом бьет очень сильно. По анбарам да берлогам набралось черного соболя за прошлые годы пять сороков соболей добрых, да шесть вешных, худых, да кафтанов и шуб собольих на пупках двенадцать. А девок я всех замуж выдал, через то зелена вина в остроге не осталось, а што здешние промышленные люди вино курят – так то враки, а рожь ту триста пудов везли на дощаниках да ночью в тумане потопили. А сами вино не курим и мухомор на нем не настаиваем, потому под спудом если настоять, то малиновых зверей налетает до пяти, и шести, и семи, и утром по двору от лепешек не пройти, хотя на пашню вывезти – урожаю добро. А девок восемь безмужних осталось. А те девки сказывали: в прошлом годе бились тунгусы с брацкими людьми, да много брацких людей побили, а те хитрые дали ясак девками, потому мужиков у них мало стало. А тунгусы те, штоб девок зимой не кормить, их нам ясырями отправили. А што с восемью девкам делать – я не ведаю, хоть в острог нас пустили. А собак больше с частоколу не кидаем, потому – ненадобно, только метали с частокола торгового черкасского человека Порфишку Васильева Сикорскава. Тот Порфишка, мухомору совсем настоя не пив, хвалился, што летать как птица может, да просил с острога его пустить. Как мы его с башни пустили, так он летел, но недалеко да все вниз. А со второго разу тоже недалеко летел. А после третьего отпросился, потому головой о камень ушибся, да камень разбил и через то голова болит. Тогда поп Офонасий говорил: это де гордыня человеческая, а тот Порфишка лаялся, што на ветер не поправился.

Писано в воеводской избе у Дальнебрацкого острогу, а што пятно, то попадья мою Наталку шти варить учила»

«144 году октября в 12 день. Дворянину Василию Борисову Белову-Горячеву от Енисейского острога воеводы, князя Олександра Тупова, память крепкая. Незамужних ясырских девок у попадьи оставить на зиму, весной пришлют литовских людей полоняников на пашню – выдадим за них. Порфишку Васильева боле со стены не бросать, штоб камней зря не ломал, а прилетят дивные звери – звать смотреть, пусть учится. А триста пудов ржи другой год с тебя взыщу, так што вели пахотным людям вывозить лепешки на пашню.

Писано в воеводской избе Енисейского острогу, а моя жена говорит: мясо для штей надо дольше варить»

«144 году октября в 20 день. Дворянин Васька Борисов господину моему князю Александру Тупому, воеводе Енисейскому, просит смилостивиться, челом не бью, зане голова болит сильно. Октября в 15 день пришла мне весть, што тунгусский князец Обсыка, совокупиша князьцы немирныя идет к острогу, а силы с ним пять сот человек без малого. Помоляся усердно, выехал я со вси ратные люди, и охочие промышленные и пахотные люди навстречу тому Обсыке оружно и конно. И встретили его на пашне промышленного человека Пашка Яковлева, да стали тунгусы по нам стрелять из луков, мы же стали бить огненным боем. А как осень-то сухая была, без дождя, оттого огненного пущания загорелась трава сухая, а с той травы перекинулся огонь Яковлев анбар, а он в том анбаре коноплю хранил, што мы по твоему, господине, наказу, высеваем, штоб государевым кочам канаты вить. А как анбар с коноплей занялся, то больше мы два дня ничего не упомним, а как прошло два дня, то тунгусские люди уже к себе побежали, только ясырей оставили. А те ясыри сказывали, што Обсыка челом добил и ясак заплатил и сказал, што из государевой руки не выйдет, а к зиме креститься обещал, а што до того было, то ясыри не говорили, а пытать я их не стал.

Так, господине, врагов государевых мы, сироты, одолели, да тунгусов немирных под его руку привели, только голова што-то сильно болит

Писано в воеводской избе у Дальнебрацкого острогу, а мясо в шти Наталка довольно варит»

«144 году ноября в 15 день. Дворянину Василию Борисову Белову-Горячеву от Енисейского острога воеводы, князя Олександра Тупова, наказ стогий. Штоб впредь коноплю не жечь! И в молоке не варить! Ясак весь на Енисей отправить, Обсыке масло и муку на поминки я вышлю. Девок-тунгусок за попадьей держать и от ратных людей беречь.

Писано в воеводской избе Енисейского острогу, а медведям захребтовым, жалованья государева ради, к лету бортей в лесу навесить, на то бортника-литвина пришлю»

«144 году декабря в 10 день. Дворянин Васька Борисов господину моему князю Александру Тупому, воеводе Енисейскому, челом бьет. А зима у нас холодная, сонца нет, так мы, праздность ради избыть, пошли на рыбные ловы. Проруби сделав, рыбу удили, да ратный человек Кирилка Семенов Большак поймал тайменя в три сажени. Того тайменя достать штобы, два часа вокруг лед рубили, насилу вытащили, едва он нас с собой не утянул.

Писано в воеводской избе у Дальнебрацкого острогу, а шти Наталка варить добро научилась»

«144 году декабря в 28 день Дворянину Василию Борисову Белову-Горячеву от Енисейского острога воеводы, князя Олександра Тупова писано. Тайменей таких, штоб в три сажени, от роду не бывало. Ври, Васька, да не завирайся.

Писано в воеводской избе Енисейского острогу. А моя жена говорит: пусть теперь пельмени делать учится»

«145 году генваря в 20 день. Дворянин Васька Борисов господину моему князю Александру Тупому, воеводе Енисейскому, челом бьет. А таймень в три сажени и весу в нем шестьдесят пудов, всем острогом и половины не приели. А на том я, дворянин Василий Борисов Белов-Горячев, да Дмитрейка Петров Ходаков, Кирилка Семенов Большак, Парфешка Иванов Косоухов, да торговый человек черкас Порфишка Васильев Сикорский крест целуют.

Писано в воеводской избе у Дальнебрацкого острогу, а пельмени Наталке пока не даются»

«145 году февраля в 10 день Дворянину Василию Борисову Белову-Горячеву от Енисейского острога воеводы, князя Олександра Тупова писано. Ложное крестоцелование – грех тяжкий еси и за то спросится. А попу Офонасию, што не досмотрел, на чем крест целуют, от Вологодского Архиепископа достанется.

Писано в воеводской избе Енисейского острогу. А моя жена говорит – пусть начинку мельче рубит»

«145 году марта в 1 день. Дворянин Васька Борисов господину моему князю Александру Тупому, воеводе Енисейскому, челом бьет. Посылаю тебе, господину моему, мороженого тайменя, што Кирилка Семенов поймал, заднюю половину – а нам его доесть немочно. А промышленные люди говорят, што зеленого соболя в этом году мало, весь черный, да редко лазоревый бывает, но мех добрый.

Писано в воеводской избе у Дальнебрацкого острогу, а жене твоей, господине, моя Наталка кланятся велела – пельмени ей теперь удаются добро»

«145 году марта в 22 день. Дворянину Василию Борисову Белову-Горячеву от Енисейского острога воеводы, князя Олександра Тупова память. Были вести мне из Мангазеи, что в Архангельском городке аглицкий купец Фома Жонсон всего зеленого соболя в три дорога скупил. Впредь зеленого соболя, и лазоревого тож, всего брать на государя. Да еще вот чего: тайменя на што брали?

Писано в воеводской избе Енисейского острогу. А моя жена говорит – Наталке на здоровье, пусть еще спрашивает»

«145 году мая в 15 день. Дворянин Васька Борисов господину моему князю Александру Тупому, воеводе Енисейскому, челом бьет. Тайменя, господине, мы на хлеб ловили, на мешок ржи в два пуда, да на сковроду блестящую медную, да допрежь того неделю его, сыроядца, приманивали, другой мешок ржи извели. А про соболя тунгусы так говорят: пока Таежного Хозяина не отпустит, будет соболь и зеленый, и лазоревый, и об осьми ногах, хотя таких пока не лавливали.

Писано в воеводской избе у Дальнебрацкого острогу»
_________________
Делай, что должен, и будь, что будет.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов ВОЛЧЬЕ ПОРУБЕЖЬЕ. -> Скоморошья побасенка Часовой пояс: GMT + 4
Страница 1 из 1

Перейти:  

Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах


Powered by phpBB © 2001 phpBB Group
Вы можете бесплатно создать форум на MyBB2.ru, RSS

Chronicles phpBB2 theme by Jakob Persson (http://www.eddingschronicles.com). Stone textures by Patty Herford.